Наследники по прямой. Книга первая.
Наследники по прямой. Книга первая. читать книгу онлайн
"Наследники по прямой" - повествование о страшном и прекрасном времени, о любви, о ненависти, о войне и мире, - сказочная энциклопедия неслучившегося, авторский портрет великой эпохи, чей пафос и смысл уже почти никому не понятен; панорама великой мечты, навсегда канувшей в пустыне жизни.
Всех желающих высказаться и обсудить прочитанное приглашаю на Форум - http://dixio.3dn.ru/forum
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Сталиноморск. 1 сентября 1940
С утра, по случаю выходного, Гурьев провёл несколько часов в спортзале, вернувшись домой, пообедал, немного почитал. Вынужденное безделье его угнетало, как всегда. К счастью, недолго.
К шести вечера прибыли, наконец, долгожданные гости. Гурьев встречал их на автобусной станции. Делегация оказалась довольно внушительной: геологи, археологи, строители - одиннадцать человек. И Беридзе. Обнявшись с Тенгизом, Гурьев шепнул ему в ухо:
– Ты почему здесь?
– Работа, - вздохнул Беридзе и улыбнулся. - Да я сам попросился. Пока Света в больнице.
Гурьев увидел - улыбка даётся Беридзе нелегко. И сильно сжал его плечо пальцами, так, что Тенгиз поморщился.
– Это неправильно, Тень. Ты должен быть рядом, я же тебя учил.
– Я стараюсь.
– Хреново стараешься. Ладно, после договорим.
– Я твой мотоцикл привёз. Там, в "Газоне".
– Псих.
– Варяг велел.
– Я и говорю. Всё. По коням.
Автомобили - тентованный ГАЗ-АА, автобус на базе полуторки и ЗиС-101 - развернулись на небольшом пятачке станции. Гурьев сел в ЗиС к Беридзе, и маленькая колонна двинулась в город.
Первым делом они остановились возле школы, быстро перенесли гурьевский спортивный инвентарь в Денисово хозяйство. Следующей целью маршрута была квартира Гурьева. Пока они перетаскивали багаж, дольше всего провозившись с выгрузкой мотоцикла и сейфа, в чём помог находившийся на вахте Шульгин, Даша во все глаза рассматривала происходящее из-за занавесок. Справившись, они отбыли в санаторий ЦК, где разместили всю делегацию, за исключением Беридзе. Тенгиз отдал распоряжения, и они вернулись к Гурьеву, не забыв запастись провиантом в спецбуфете, находившемся здесь же, в санатории.
Макарова, увидев автомобиль и мотоцикл, ничего не сказала, но по тому, как взлетели её брови, было ясно: равнодушной она не осталась. Ну, не могу я ничего внятно объяснить вам, дорогие мои, тоскливо подумал Гурьев, хотя надо бы. Ладно. Рефлексии в ящик, как говорит Варяг. Пока что. Пожав руку Тенгизу, Макарова посмотрела на Гурьева:
– Ужинать будете?
– Спасибо, Нина Петровна. Даша как?
– Да что же ей сделается, - вздохнула Макарова. - Так будете?
– Мы посидим по-нашему, - Гурьев похлопал ладонью по бумажному пакету. - Вы не беспокойтесь, мы ребята тихие и вежливые. Денис, ты как?
– Не, - тактично отказался Шульгин, прекрасно понимая: московской птичке нужно будет многое обсудить с Гурьевым. - Дела у меня. Пойду я, Кириллыч. Спасибо за приглашение, конечно.
– Где посуда, вы знаете, Яков Кириллыч, - сказала Макарова, когда Шульгин отчалил.
– Ещё раз миллион благодарностей, - склонился в полупоклоне Гурьев, а Тенгиз сверкнул зубами из-под усов.
– Ну-ну, угодники, - хозяйка покачала головой. - Приятно посидеть и спокойной ночи.
Они прошли на половину дома, занимаемую Гурьевым. Оглядевшись, теперь уже основательнее, Беридзе кивнул:
– Нормально устроился, Гур. А то Сан Саныч переживает. А вторая комната?
– Так уж и переживает, - Гурьев усмехнулся. - Вторая пока занята небесным созданием по имени Даша. Расскажу позже, если будет повод.
– А пока нет? - лукаво осведомился Беридзе.
– Нет, - не принял шутки Гурьев. - А если будет, то не такой.
– Добро. Я деньги привёз, кстати.
– Это и в самом деле кстати, - кивнул Гурьев. - Я не хочу о делах говорить, Тень. Завтра. Про Светку и про себя мне расскажи.
– Чего рассказывать, дорогой, - потемнел Беридзе. - То плачет - приходи, то - видеть тебя не могу. Варяг злится… Бабы, говорит, эти нас доконают. Я и так, и эдак - Сеточка, Сеточка, не время сейчас, а она…
– И? - Гурьев, как всегда, слушал внимательно и сочувственно, и это неизменно действовало нужным образом.
– Не понимаю, - Беридзе вздохнул. - Я же не виноват? Варяг же не виноват?
– Я же тебе объяснял, - покачал головой Гурьев. - Это гормональное, когда женщина теряет ребёнка на таком сроке, у неё возможны даже необратимые психические подвижки. А тут ещё эти командировки твои… Нет, Варяг не прав. Нельзя тебе сейчас ездить. Надо тебе в Москве дело найти. Или вообще тебя куда-нибудь в Латвию отправить, на Рижское взморье. Там воздух сосновый, целебный, песок мягкий, тишина. Светочке там хорошо будет. Ладно. Я поговорю на эту тему с Варягом.
– Да каждый же человек на вес золота…
– Вот именно поэтому.
– Всё равно, Гур. Дело есть дело.
– Дело для людей, Тень. И для нас в том числе. Иначе не нужно никакого дела, понимаешь?
– Для людей, да. Только мы давно не люди, дорогой. Мы…
– Нет, Тень. Если мы - не люди, то ничего у нас не выйдет. А у нас выйдет. Потому что мы люди. И Варяг это должен понимать. Короче, завтра утром - назад. Я сам справлюсь. - Он поднялся. - А сейчас - спать, завтра подъём в четыре.
– Я не засну.
– Заснёшь, - кивнул Гурьев. - Ещё как заснёшь. Ложись.
Беридзе подчинился, скинул обувь, лёг, вытянулся на кровати. Гурьев подошёл к нему, надавил пальцем на точку в районе затылка, и мгновение спустя Беридзе уже дышал спокойно и ровно. А Гурьев вышел к ЗиСу, достал из багажника чемодан с аппаратом "Касатки", вернулся на свою половину, развернул оборудование, послал срочный вызов Городецкому. Аппарат у Городецкого был всегда в ждущем режиме, - и в кабинете, и дома, и в машине, поэтому ответил он быстро. При установлении связи принимающий аппарат показывал уникальный номер вызывающего, так что предисловий Гурьев не ждал. Их и не было:
– Исполать тебе, Наставник, - проворчал в трубку Городецкий. - Рад слышать тебя, бродяга.
– Салют, секретарь. Скажи мне, ты здоров?
– Ну?
– Не нукай. Ты зачем Тенгиза прислал? Ты спятил?
– Ты меня не лечи, учитель. Я на кадровой политике столько собак сожрал - тебе до меня, как до Луны пешком - семь вёрст в небеса, и всё лесом, - Гурьев увидел усмешку друга, словно наяву. - Так и быть, как самому близкому соратнику и сподвижнику, объясню. Пусть девочка прочувствует - без Тенгиза ей жизнь не в жизнь, особенно теперь. Вернётся Тенгиз - и пойдёт у них всё, как по-писаному. Понял, салага?
– Ты тупишь, Варяг. Просто тупишь, и всё. Это химия. Химия и биология. Тут твоя социальная инженерия только всё испортить может. Терпение. Ласка. Любовь. Больше ничего нельзя. Ничего. Когда ты это поймёшь?! С кадрами он меня учит обращаться. Это я тебя на семинар по вопросам кадровой политики пригласить могу. Так что?