Одиссей за 1996 год

Но за всем этим скрывались и весьма неблаговидные дела. Многие подростки получали от руководителей задания следить за окружающими и даже за тем, что происходит в родительском доме. Постепенно и идейный мир фашизма становился их миром. Поначалу, вспоминает один из сверстников Йозефа, молодым ребятам не нравился антисемитизм: евреи были здесь обычной частью повседневной жизни, и родители на бытовом уровне ничего против них не имели, хотя во время подготовки к референдуму 1935 г. без возражения слушали разговоры о засилии "еврейскокапиталистической" Франции. Но, поддаваясь настроению, которое руководители старались создать в молодежных организациях, мальчики, маршируя колонной через соседнюю деревню, кричали: "Немецкий парень не станет иметь дела с евреями!" и т. д. Нацистская пропаганда сперва латентно, потом активно и открыто вторгалась в сознание молодежи. Один из респондентов сообщил, что во время страшной "хрустальной ночи" он наблюдал в соседнем местечке Илинген разгром небольшого еврейского предприятия, а затем видел, как горела синагога. Потом евреи исчезли из этих мест. Бабушка спросила его, тогда еще подростка: "Куда же все они девались?" Он ответил: "Ах, да они отправились на восток, там им придется-таки поработать" ^. Авторы замечают, что и в 1990 г. во время интервью этот респондент говорил совершенно спокойно, как будто он просто не знал обо всех чудовищных фактах "окончательного решения еврейского вопроса" и страна не была потрясена показом в 1978 г. знаменитого фильма "Holocaust". В конечном счете произошла интег

142 Hcropuk в nouckax метода

рация всей молодежи Вуствайлера в нацистские организации. Только в начале войны вера в вождей гитлерюгенд пошатнулась, появились сомнения в их идеалах. Люди начали понимать, что главной задачей молодежных организаций была военная подготовка. Все видели, что руководители организаций, их дети и дети партийных бонз получали преимущества при распределении руководящих постов и при призыве в армию.

Второй этап биографии Иозефа и вместе с тем второй этап его социализации- профессиональное обучение, встреча с современной техникой, с миром машин и с новыми людьми в городе. Поступление Иозефа в профессиональное училище Имперского управления железных дорог было важным и неординарным шагом. Он не пожелал стать бергманом, хотя многие его товарищи уже пошли работать в шахту. Поддерживаемый матерью, не поддался уговорам отца и отправился в Саарбрюкен учиться на слесаря-ремонтника, рассчитывая впоследствии стать машинистом локомотива. Вырваться из деревенского социума и из рамок традиционного жизненного пути деревенского юноши ему помогли давний интерес к технике и собственная решительность. Но не только это. Изменить жизненную ориентацию ему позволили политические и экономические перемены в Германии, а также его восприятие нацистской пропаганды в гитлеровских молодежных организациях.

Железнодорожное училище, куда поступил Иозеф, было насквозь пронизано нацистским духом. Вся непрофессиональная часть обучения была нацелена на воспитание настоящего нациста, вся повседневная жизнь была военизирована, общественная жизнь протекала в подразделениях гитлерюгенд. Очень поддерживался интерес к военной технике, и почти все выпускники училища изъявляли желание служить в технически ориентированных частях вермахта- морском и воздушном флоте, танковых частях. Жизнь в городе, общение в училище расширили, конечно, горизонт Иозефа и его общественные связи. Однако, по мнению авторов, он не влился полностью в городской социум, где нацистская идеология воспринималась гораздо шире и более осознанно, чем в деревне. И все же усиленное внедрение в головы учащихся этих идей, а также внимание руководителей, поощрявших Иозефа и привлекавших его к своей работе, воспитали в нем готовность служить фашистской системе.

И, наконец, последний короткий отрезок жизни Иозефа Шефера его военная служба, которая должна была стать тем завершающим моментом проникновения нацистского духа в ментальность молодого человека, о котором говорил Гитлер в вышеприведенной цитате. Иозеф ждал призыва в армию с нетерпением и радостью. Как все немцы его поколения, он рос в обществе, ценностные ориентации которого были связаны с элементами милитаризма. Солдатские добродетели- дисциплина, послушание, долг, верность издавна считались специфическими немецкими добродетелями вообще. И еще: по крайней мере до конца второй мировой войны, замечают авторы книги, военная служба воспринималась в одном отношении совершенно иначе, чем сейчас, когда

_________С В. Оболенская. Hekn Йоуф Шефер. солдат гитлеровского вермахта_____143

так расширились возможности передвижения. Это была возможность, покинув дом, повидать чужие края, совершить что-то вроде путешествия.

Йозеф Шефер был призван в вермахт, в танковые части, в 1942 г. Вместе с другими рекрутами его отправили во Францию, в Версаль, где обучали танковому делу. Он впервые увидел чужие края, побывал в Париже, видел Эйфелеву башню, ездил на метро. Но Франция представлялась им всем враждебной. В его родной деревне, среди бергманов, а также и в школе царили антифранцузские настроения, а в профессиональном училище воспитанникам прямо внушали ненависть к западному "смертельному врагу", равно как и презрение к другим народам. Как следует из записей (он стал их вести с 1 января 1943 г.), он пожелал стать водителем танка, весной 1944 г. завершил обучение и получил чин унтер-офицера. Будучи солдатом танковых частей, Йозеф принадлежал к военной элите и отлично это понимал. Военная служба, полагают авторы исследования, помогла Иозефу окончательно освободиться от традиций крестьянской среды; завершилось его освобождение от власти родительского дома. Он наконец обрел свою идентичность.

Основываясь на коротких записях Йозефа в календаре, его письмах из Франции, на интервью с оставшимися в живых сослуживцами и с его подругой Марией, Хауперт и Шефер описывают повседневную армейскую жизнь оккупантов. В свободное от занятий время охотились, посещали скачки, играли в футбол, купались, выпускали юмористическую газету, умеренно пили. За полтора года пребывания во Франции Йозеф трижды побывал дома в отпуске, один раз по случаю смерти отца; вел переписку с семьей, друзьями, с подругой, на которой намеревался жениться после войны. Он освободился от власти родительского дома, но отнюдь не порвал с ним связи.