Русская жизнь. Петербург (октябрь 2007)
Русская жизнь. Петербург (октябрь 2007) читать книгу онлайн
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Теперь о пространствах. Наверное, не требует особых доказательств, что Россия в последние триста-четыреста лет стремится догнать западный мир, а в идеале стать его неотъемлемой частью. Но вот вопрос: а Западу зачем нужно с нами дружить, чем мы можем его порадовать? У нас нет ни развитой промышленности, ни надежной банковской системы, ни прочих атрибутов передовых стран. А есть у нас необозримые пространства да избыточная и неприхотливая масса населения, которую в доиндустриальном мире можно было использовать разве что как пушечное мясо. Поэтому на протяжении истории спорадически предпринимались попытки превратить Россию в транзитную территорию для торговли Европы с Востоком. Эти попытки прекратились по естественным экономическим причинам: развивалось мореплавание. По тем же причинам страна рвалась участвовать во всех мировых войнах, от которых, впрочем, в экономическом плане никогда ничего не получала.
Первым нарушить инерцию существования СССР как пасынка западной цивилизации решился Сталин. В американских архивах (которые в отличие от российских содержатся в порядке, и к ним легко получить доступ) я нашел переписку Сталина 1940 года с представителями западных держав, где он не прямо, но обговаривает условия вхождения СССР в западный мир. Помешали ему сначала война, а потом послевоенная разруха. После смерти Сталина его дело продолжил Берия. Из этого можно заключить, что свертывание социализма планировалось самое позднее к началу пятидесятых.
Чем же мы могли быть интересны Западу и на каких условиях могло развиваться наше сотрудничество? По-видимому, на тех же, на каких развивается сегодня сотрудничество с Китаем. Он источник дешевой рабочей силы и пространственных ресурсов, территория, где можно не соблюдать западные стандарты охраны труда, здоровья и окружающей среды. Такой трудовой придаток. Чем-то подобным должна была стать и Россия. Берия прямо давал понять: мы заканчиваем с социализмом, а в обмен входим в ваш план Маршалла. Некоторый опыт сотрудничества с Западом здесь к тому моменту уже был: индустриализация тридцатых с ее магнитками и днепрогэсами, строившимися американскими инженерами на западные деньги по западным технологиям.
- Не в этом ли причина столь скорого устранения Берии?
- Одна из причин. Но планы его не осуществились еще и потому, что к услугам США были гораздо лучшие по разнообразным показателям страны, тоже желавшие стать «мастерской мира»: Япония и Германия. Американцы очень хитро построили послевоенную систему, они замкнули эти два современных экономических гиганта (другие страны Европы тоже, но в меньшей степени) на себя. Америка по плану Маршалла закачала в них несколько миллиардов, но взамен выкачала триллионы. Даже сегодня они продолжают гнать в США товары высочайшего качества в обмен на бумагу в виде долларов, да еще с условием, что эти доллары будут складироваться в американских банках и инвестиционных компаниях.
А Россия снова осталась ни с чем. Предлагала всю себя, но оказалась никому не нужной.
Социализм спас Хрущев - стране ничего не оставалось делать, как идти «своим путем». Но в середине шестидесятых, после устранения Хрущева, о переформатировании СССР задумался Андропов. Политической перестройкой было поручено заниматься Гвишиани и еще ряду академиков, экономической - Косыгину. Но, знаете, верхушка КПСС быстро поняла, что власть в этой стране передавать некому. Просто некому, люди, способные взять власть, перевелись при Сталине. Исключения не составляли и диссиденты: Андропов смотрел на них и понимал, что, если власть передать им, СССР развалится за месяц. Причем никто из них даже не сумеет выторговать у Запада отступные за такую «конвергенцию». И было решено продлить жизнь социализма в СССР, тем более что неожиданно на страну пролился золотой дождь после открытия и начала эксплуатации нефтяных месторождений в Западной Сибири.
- Но итог-то все равно был предрешен: СССР развалился, и с Запада за капитуляцию мы ничего не получили.
- Да, и это произошло именно потому, что в стране не было профессиональных новых управленцев. Беда СССР заключалась в том, что крестьянская страна очень быстро стала образованной. Тот случай, когда сознание опережает бытие. Появилась, как я ее называю, самоинтеллигенция, люди, которые в отличие от старых интеллигентов не успели, что называется, набраться культуры. Они совершили слишком резкий переход от крестьянского труда к интеллектуальному. Нужно было хотя бы еще одно поколение, внуки крестьян уже могли бы стать элитой общества, а дети - еще нет.
- Почему высшая номенклатура так легко отдала СССР в конце восьмидесятых?
- К тому времени она уже прекрасно встроилась в мировую элиту. СССР был для нее отработанным материалом.
- А средняя номенклатура, глядя на своих руководителей, мечтала тоже войти в «золотой миллиард»?
- Да, отсюда эта дикая приватизация пространств и отраслей. Но на определенном этапе это было хорошо: новые хозяева худо-бедно заботились о сохранении дойной коровы. А останься интеллигенция без поддержки носителей деревенского менталитета, страна полетела бы в пропасть. Кстати, начало девяностых - яркий пример смычки города и деревни, о которой мечтали большевики.
- И носители деревенского менталитета в конце концов отодвинули на второй план городскую культуру.
- Таков общемировой тренд, это происходит во всех странах третьего мира, находящихся в точке перехода во второй (в той же Португалии, которая в России взята за образец для подражания). В них в девяностые произошел реванш маргинальных слоев. Эти страны становятся не городскими и не деревенскими, а посадскими. Всем в них заправляет посад.
В СССР при жизни одного-двух поколений произошло перемещение десятков миллионов крестьян из деревень в города. Но как крестьянам удержаться в городах без культурных навыков, связей, при жесткой конкуренции? Единственный способ - создать посад, свою деревню в городе. Спальные районы в мегаполисах по менталитету, по происходящим в них глубинным процессам и есть посад.
А какова наиболее мощная защита посада от агрессии (часто мнимой) города? Это фундаментализм. В России его часто путают с традицией. Но традиция - это когда есть что поддерживать, а фундаментализм - когда все уже потеряно.
И в России, и в Турции сейчас на марше религиозный фундаментализм, предопределенный эсхатологическими ожиданиями посада. Вот в России принято думать: «Мы уникальная страна». Это заблуждение, у нас сейчас происходит в точности то же самое, что происходит в Бразилии, ЮАР, Турции. Кстати, Турция очень на нас похожа по всем экономическим, политическим и социальным параметрам.
Ведь во всех странах и во все времена деревня не была религиозной. Крестьяне чужды религии. У них обожествляется годовой цикл: язычество, закамуфлированное под правящую религию. И город изначально чужд религии. Нет, он может ее придерживаться, но всегда ставит церковь под свой контроль, отводя ей роль этнографической деревни.
Но в отличие от Турции мы утратили плавильный котел - армию, где в деревенского или посадского парня офицер вбивал азы городской культуры. Офицеры перестали выполнять цивилизаторскую миссию. Кроме того, происходит явная маргинализация образования. Ну какое образование в платном вузе за три года при посещении занятий раз в неделю (а нередко студент и вообще является только на экзамен) может получить посадский человек? Преподаватель-горожанин отгородился от него стеной, ему бы поскорее убежать из такого вуза к себе домой. И я понимаю этого горожанина: в прямом столкновении с посадом он неизбежно проиграет, причем с разгромным счетом.
В девяностые я провел много времени в Грузии и видел, как посад окончательно победил город и к чему это привело. Там была странная ситуация, почти чисто экспериментальная. Возникли два полубандитских, полувооруженных формирования, интеллигентское и деревенское: «Мхедриони» Джабы Иоселиани и национальная гвардия Кетовани. Первые ширялись морфием, декламировали Шекспира на языке оригинала, а потом отправлялись на зачистки. Вторые курили анашу, с трудом разбирали написанное, но тоже отправлялись на зачистки. И что же? Оба формирования были повержены посадом, новой власти не нужны были ни интеллектуалы, ни голытьба.