Придет вода
Придет вода читать книгу онлайн
Сборник статей, посвященных жизни и творчеству великой русской певицы и музыканту Яне Дягилевой, оставившей значительный след в отечественной рок-музыке. В издании также использованы многочисленные интервью, взятые у тех, кто хорошо знал Янку. В конце книги дана подробная дискография с рецензиями на изданные ранее альбомы.
Составители — Е. Борисова, Я. Соколов
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Мы уходим. Так же тихо и незаметно, как и жили. А может быть, рано я пропел эпитафию? Поколенье, ответь.
К. Голодяев.
«Меломан Сибири», 1/91 г.
ТОЖЕ ПРО НЕЕ (слухи и мысли)
Янка. По рождению Дягилева Яна Станиславовна, появилась на свет третьего сентября 1966 года. Говорят, что она — прямой потомок «того самого» Дягилева, чьи сезоны до сих пор проходят в Париже.
Училась в школе, конечно, тусовалась в сибирской околорокенролльной тусовке.
Потом пошла в институт, где и проучилась, кажется, до четвертого курса. Училась «по-распиздяйски» (в хорошем смысле слова, как говорит Дик): лекции добросовестно продинамив, приходила на сессию и говорила преподавателю примерно следующее:
— Вы знаете, я чего-то долго не была, но ведь я в институте уже два (три, четыре…) года — не выгонять же меня, правда?
И преподаватели ставили свои тройки-четверки. А кто бы не поставил?
В 1987 году она попала на какой-то фест в Новосибирске, где ее судьба и накрыла: выступал Сашка Башлачев. Можно себе представить, как подействовало на нее СашБашево беспределье. И, как ходят слухи, на одном из квартирников там же, в Н-ске, один из зрителей спросил у Сашки:
— И откуда же ты все знаешь?
— А я ничего не знаю. Вон она, — кивнул тот на Янку, сидевшую неподалеку, — все знает.
Правда, отношение к ней так и осталось, видимо, ироничным. Как-то Сашка с Настей были в Питере у себя на квартире. Раздался телефонный звонок. Поговорив две минуты, Сашка схватился за голову:
— Боже, опять эта сумасшедшая девчонка приехала!..
Ищущий да обрящет. Потеряла девка радость по весне…
«Наверное, что-то случилось…». Я рискнул процитировать Л. Г., превратившись, таким образом, в злостного плагиатора и графомана.
Да будет так. Поскольку, читая что-то, выражающее твои мысли лучше, чем ты сам, тяжко удержаться оттого, чтобы не содрать чего-нибудь из прочитанного.
Наверное, что-то действительно случилось, если все происходит…
Все до сих пор происходит.
Еще Святогор сам лег в свой гроб, как будто это ему постель была. И не встал более, как и положено лежащему во гробе.
Это написал еще в 68 году Бродский. Янке было два года. В СССРе появилась МАШИНА ВРЕМЕНИ, а в Англии — DEEP PURPLE и прочие мастодонты.
Еще не распались «Битлы», сгорали гитары Хендрикса, Дженис срывала голос, а Джим шаманил над толпами, воспаряя в свои собственные, никому не нужные небеса.
Книжка, из которой я переписал Бродского, называется «Конец Прекрасной Эпохи».
Почему-то не приходит ощущение начала. Все начинается с конца и не заканчивается. Начала не бывает, потому что Бог есть всегда, он не может начинаться. Но бывает, что он уходит из человека.
Когда человек не может, Бог оставляет его, ибо Бог есть Любовь.
Янка при жизни вписалась в компанию Башлачева и Селиванова. То бишь, ее вписали.
Тяга российская к трагичности очень типична для тусовки, и в ее (тусовки) условиях очень ненавязчиво агрессивна. Неутоленное постоянно желание «скорбеть» и возносить цветы к ногам заставляет искать все новых и новых святых для построения храмов. А в каждой церкви — свой святой. А строителей все больше. И не хватает мощей для храмов.
Раньше-то были пластиночки такие — «на костях».
Звонки начались тринадцатого. Позвонили из Питера: «Слышал? Янка…» Три дня я и мои знакомые не давали спокойно спать всем, кто хоть что-то мог объяснить. «Не знаю…», «Да ты что?», «Не, не звонили…»
Потом мандраж улегся, думалось, что, может, и правда все нормально, если уж и они ничего не знают. Господи, лишь бы это было лажей! А потом — звонок в дверь и человек с газетой: «Читал?»
ЧТО ДЕЛАТЬ!!!
Надо идти! Нет, бежать! Куда? Куда?!! Боже, как темно вокруг! Янка, Янка, подожди! Ну чего ты?.. Ну зачем, зачем ты сейчас так сделала?! За что?!!! Господи, почему же, почему, ну что же такого я сделал-то? Почему же так плохо???
Дурацкая бессонная ночь.
И утро на берегу Москвы-реки. Вода темная. Темная, тяжелая, вязкая, как нефть, и холодная, и моросил легкий майский дождь. Первый дождь без Нее… Набережная была пустая, и лишь церковь на том берегу уже звонила. Наверное, у них был какой-то праздник. Как в кино.
Не получилась статья. Ну и черт с ней.
А. Марков (печатается по рукописи).
«Штирлиц», Москва, № 2, 1991 г.
из книги: ЗОЛОТОЕ ПОДПОЛЬЕ (изд. ДЕКОМ, Н. Новгород, 1994.)
В начале 90-х годов это был чуть ли не единственный рок-журнал, редакция которого целенаправленно занималась сбором архивных материалов, прямо или косвенно связанных с жизнью и творчеством Яны Дягилевой, Умки и Александра Башлачева. В результате настойчивых поисков в распоряжении Алексея Маркова (экс-президент Воскресенского рок-клуба) и Натальи Марковой (лидер групп КУХНЯ КЛАУСА и ДВУРЕЧЬЕ) оказалась наиболее полная подборка статей, фото — и аудио-материалов, текстов неизвестных и малоизвестных песен данных авторов.
Косвенным следствием подобных исследований стало создание специального номера, целиком посвященного творчеству Янки. Этот выпуск был подготовлен через несколько месяцев после ее смерти и, по определению редакции, возник «не из желания «делать журнал», а скорее как подсознательное стремление хоть как-то, хоть в чем-то «вещественно-материальном» оставить Янку здесь».
«Естественно, мы понимали, что она и без наших потуг обойдется, но…»
…Вступление к самому выпуску гласило, что «номер второй возник из печальной необходимости собрать под одну обложку хотя бы немногое из прессы, связанное с Яной при ее жизни, и то, что стало появляться после смерти». После смерти и впрямь «стало появляться» многое. Какие-то левые сборники, несуществующие альбомы, разговоры о «фактах биографии», «фестивали, приуроченные к дате» и т. д. и т. п. Как верно заметил один из журналов («Подробности взрыва» № 1 — прим. сост.), «такой андеграундный вариант того, что они сделали с Цоем».