Весь мир в кармане

есколько часов, Китсон отправлялся с Джинни куда-нибудь на лоно природы, и там они проводили день: брали лодку и катались по озеру, купались или просто гуляли.

Блек сидел на полу трейлера и просматривал газеты, Джипо трудился над дверцей сейфа.

Сообщения газет обнадеживали: и полиция, и воинские патрули, по-видимому, были в совершенной растерянности. Хотя поиски продолжались, в заявлениях, которые полиция передавала для печати, чувствовалось неверие в возможность успеха. В конце концов власти пришли к мысли, что, очевидно, броневик увезли в другой машине. Иначе невозможно было объяснить его бесследное исчезновение. Предполагалось, что его вывезли за границы штата. Поиски проводились теперь в радиусе пятисот миль, а сумма вознаграждения возросла до пяти тысяч долларов.

Двести солдат и полицейских прочесывали Фокс-Вуд, вертолеты продолжали патрулировать дороги.

Военные власти, в отличие от полиции, официально объявили, что рано или поздно бронемашина будет обнаружена. Чудес не бывает: она не может исчезнуть бесследно.

Полиции и воинским патрулям приходилось туго, но и Блеку с Джипо было не легче. Два дня работы не дали никаких результатов. Целый день сидел Джипо в горячем, как духовка, трейлере на высоком табурете, поворачивая диск циферблата, обливаясь потом, шепча проклятия и снова вслушиваясь, но вторая цифра ни за что не становилась на место.

Блек целый день ничего не делал, только наблюдал за Джи-по и читал газеты. Нервы его были натянуты, как струна. Его к тому же доводила до бешенства мысль, что, пока он сидит здесь в невыносимой жаре и мучается в ожидании, Джинни и Китсон наслаждаются прогулками и купаньем.

Хотя Китсон и олух неотесанный, думал Блек, за столько времени он наверняка сумел произвести впечатление на девушку. Любой мужчина, с которым женщина проведет полных три дня, не может не заинтересовать ее. Если бы он - Блек - заполучил Джинни хоть на двенадцать часов, она бы, он был уверен, не устояла перед ним. Поэтому горькие мысли о том, что Китсон и Джинни все время вдвоем, вызывали у Блека раздражение, злость и ревность.

Примерно к шести часам вечера на третий день, когда вечернее солнце, опустившись за горы, окрасило воду в озере в цвет апельсинового сока, Джипо сорвался.

Три дня он бился с этим замком здесь, в почти невыносимых условиях, а теперь почувствовал, что у него ничего не получится.

Вторая цифра упорно не желала становиться на место. Он поворачивал диск буквально на волосок и так проходил целый круг, и все напрасно. Это означало, что все же диск поворачивается быстрее, чем нужно, что его руки, которыми он так гордился, недостаточно чувствительны, чтобы уловить нужное положение диска.

- Не могу! - вдруг простонал он, бессильно прислонившись к дверце сейфа. - У меня не получается, Эд. Ничего не выйдет. Хоть двадцать лет буду крутить эту штуку, все равно зря! Если я не выйду отсюда, я просто рехнусь.

Встревоженный истерикой Джипо, Блек вскочил с пола и с пистолетом в руке обошел