Противостояние лучших (сборник)

– Вы не приглядите за моей сумкой пару минут? – попросил он. – Мне нужно в туалет.

Немолодой господин, который уже пил что-то, украшенное зонтиком, посмотрел на сумку Ханта и добродушно улыбнулся:

– Кругом все советуют не доверять багаж незнакомым людям, не так ли?

– Постоянно. – Уайатт накрыл свою чашку с остатками кофе салфеткой и поднялся на ноги, неожиданно почувствовав, что не может терять ни минуты. – Клянусь вам, там нет бомбы. Можете посмотреть, если хотите.

– Я вам верю, – сказал мужчина. – Идите уже.

По дороге в туалет Хант не в первый раз подумал, что во многих отношениях Усама бен Ладен, несмотря на то, что он умер, одержал победу в первом раунде Войны террора. Только сегодня утром Уайатту пришлось снимать ботинки – причем не один раз, а дважды! – выворачивать карманы и проходить через металлодетектор и рентгеновский аппарат. И если бы правила снова не изменились, любитель рыбалки тоже внес бы свою лепту в общее дело и расстался со складным ножом, забытым в кармане из-за того, что он слишком рано встал в Сан-Франциско и не до конца проснулся. Это случилось бы уже в третий раз в подобной ситуации.

Хант прекрасно понимал причины столь жестких мер безопасности, но они все равно его раздражали.

Как будто тип, сидевший за стойкой бара рядом с ним, мог стащить его сумку! Выглядел этот человек так, что вряд ли смог бы оторвать ее от пола. Да и вообще, на охраняемой территории посадки опасаться, что кто-то стащит твой багаж, просто смешно!

Размышляя об этом, Уайатт мчался в туалет. Итак: во-первых, потенциальный вор, желающий пробраться в аэропорт, должен иметь соответствующий посадочный талон с фотографией. А затем его еще и разденут и просветят рентгеном. Иными словами, ему придется пройти все этапы строжайшей проверки в надежде на весьма сомнительный шанс, что кто-то оставит вещи «без присмотра» – Ханту ужасно нравилось данная формулировка! – и у него появится возможность их украсть. И что потом? Он покинет здание со своей добычей? И когда такое случалось? Были ли подобные случаи вообще? Кому могла прийти в голову подобная идея? Кстати, а каков средний уровень умственных способностей охраны? Или, если уж на то пошло, главы министерства национальной безопасности?

«В лучшем случае средние», – подумал Уайатт, выходя из туалета…

…и в этот момент он увидел парня примерно своего возраста и роста, в рабочей рубашке и бейсбольной шапочке «Сан-Диего падрес», натянутой на самые глаза, который направлялся к охраняемым воротам с очень приметной сумкой Ханта на левом плече. Боже праведный!

– Эй! – крикнул ему Уайатт. – Эй! Остановись!

Парень даже не замедлил шага.

Уайатт побежал за ним.

Вор находился примерно в шестидесяти футах от него и уже почти подошел к воротам. Он двигался легко и уверенно, делая большие шаги, не замедляя их и не ускоряя, но продолжал удаляться от Ханта, который понял, что тот будет у выхода где-то через минуту.

Когда возникала нужда, Уайатт вспоминал, что у него все в порядке с физической формой, так что теперь он прибавил скорость, сокращая расстояние между собой и вором и выкрикивая на ходу: «Задержите его!» Он не обращался ни к кому в отдельности, но ему удалось привлечь внимание всех, кто находился вокруг. Наконец Уайатт догнал вора, который в этот момент как раз подошел к выходу.

Хант подскочил к нему сзади и вцепился в свою сумку.

– Эй! Остановись! Ты что творишь?! – Уайатт потянул за ремень.

Вор не выпускал свою добычу и выбросил вперед локоть с такой скоростью, что Хант едва успел увернуться. По уверенному, скользящему движению противника он сразу понял, что имеет дело с сильным, быстрым и тренированным бойцом. У него самого был черный пояс по карате, но этот тип, даже несмотря на то, что ему мешала тяжелая сумка, оказался по меньшей мере не слабее, и с этим стоило считаться. Вор заставил Уайатта попятиться назад, а сам продолжал наступать на него, бросив сумку на пол. Затем он попытался нанести Ханту удар правой рукой, который тот отбил предплечьем. У Уайатта возникло ощущение, будто он наткнулся на монтажную лопатку для шин. Хант выпрямился и приготовился пойти в атаку, но тут впервые посмотрел на вора и замер на месте. Почти половина его лица была изуродована шрамами от ожогов – казалось, кожа в этом месте просто исчезла в огне.

Желание сражаться мгновенно исчезло, и Хант, задыхаясь, спросил:

– Что, черт подери, ты вытворяешь?

– Что я вытворяю? – с раздражающим спокойствием спросил незнакомец. – Ты только что на меня напал. А я защищался.

– Ты собирался унести мою сумку!

– Это не твоя сумка, а моя. И я никуда не собирался уходить. Я хотел купить газету. – Мужчина махнул рукой куда-то в сторону. – Вот в этом ларьке.

Тем временем три охранника прорвались сквозь ряды зевак, и один из них – с именем Хиллиер на бэджике – направился к спорящим, выставив перед собой руки и пытаясь взять ситуацию под контроль:

– Так, ребята, успокойтесь. Не шумите. Что здесь происходит?

– Этот человек пытался выйти с моей сумкой, – сказал Хант.

– Она моя, сэр, – сохраняя хладнокровие, ответил мужчина со шрамами.

Взглянув на его лицо, охранник тоже на мгновение замер, после чего повернулся к Уайатту. Тот уверенно заявил:

– Сумка моя. Можете проверить. В ней лежит снаряжение для рыбалки. Я направляюсь в Южную Калифорнию.

– Я тоже, – сказал человек со шрамами, засовывая руку в карман рубашки и доставая посадочный талон. – Если позволите, сэр…

Встав на одно колено, он показал опознавательную бирку сначала охраннику, потом Ханту.

– Джо Трона, – сообщил мужчина. – Это я. – Затем он, выпрямившись, потянулся в задний карман джинсов и достал оттуда бумажник с полицейским значком. Хиллиер изучал его так внимательно, словно проверял каждое написанное там слово, переводя взгляд со значка на его владельца. – Я полицейский и даю вам слово, я не крал сумку этого человека.

Уайатт быстро расстегнул молнию, чтобы посмотреть, что лежит внутри, и увидел аккуратно сложенные катушки и складные удочки, точно такие же, как у него самого. Хиллиер взглянул на Трону, а потом перевел взгляд на Ханта:

– Когда вы в последний раз видели свою сумку, сэр?

– Я оставил ее в баре и пошел в туалет. Попросил сидевшего рядом мужчину за ней присмотреть. Но, когда я вышел, я увидел… – Хант вдруг замолчал, потому что сказать ему больше было нечего. – Я настоящая задница, мистер Трона. Извините меня, – добавил он.

Тот лишь посмотрел на него и ничего не ответил.

– Давайте посмотрим, на месте ли ваша сумка, – предложил Хиллиер Уайатту. – Вы оба говорите, что многие предметы вашего багажа похожи. Если ваша сумка на месте, больше не оставляйте ее без присмотра. Вы меня поняли?

Джо Трона стоял в тени неподалеку от терминала Ла-Пас, прислонившись спиной к стене, и чувствовал, как его окатывают волны невыносимой жары. Его футляр с удочками, сумка и кулер стояли рядом. Фургон должен был приехать с минуту на минуту.

– Я – задница, – еще раз повторил сконфуженный владелец точно такой же сумки.

– Хант мне нравится больше, – отозвался Трона. – Ваши извинения приняты.

Хант подошел к нему, в тень, и протянул руку:

– Уайатт.

– Вы приехали порыбачить?

– Первый раз.

– Это всегда настоящее приключение.

Трона наблюдал за компанией симпатичных мексиканских стюардесс, которые прошли мимо них в сторону терминала. Одна взглянула на него, стараясь сделать это незаметно, а затем перевела глаза с его лица на небо, изображая интерес к садящемуся самолету. Даже в шляпе с низко натянутым козырьком изуродованное шрамами лицо Джо притягивало внимание. Но теперь, прожив с этими следами ожога около тридцати лет, он временами забывал о них. Хотя, разумеется, от напоминаний было не спрятаться – о шрамах ему сообщали отражения в зеркалах и испуганные взгляды детей и взрослых, а порою даже собак.

– Вы тот самый заместитель начальника управления округа Ориндж, – сказал Хант, и Трона кивнул, наслаждаясь наступившим коротким молчанием. – С тех пор прошло десять лет.