Дублер Казановы

- То есть, менты её пока не раскопают.

- На данном этапе вряд ли. Если только начнут искать хозяев всех дач, но это дело непростое, длительное. Допустим, в документах стоит адрес прописки, а человек живет в другом месте. Сейчас крутые имеют по две, три квартиры. Прописан в одной, а живет в другой. Аналогичная ситуация с сыном свидетельницы - у него несколько квартир. Пока опера разыщут его самого, пока выяснят, что на даче была его мать, - времени утечет немало. Да и сама свидетельница в больнице, а сын может послать оперов подальше, чтобы они не тревожили мать, и не скажет ни о том, что та была на даче, ни о том, где она в настоящий момент.

- Но через месяц, выписавшись из больницы, соседка может появиться на даче.

- Может, да, а может, и нет. Если там будет жить невестка, бабуля туда не поедет - они на ножах.

- Но на майские праздники там будет её сын. Могут допросить его.

- Во-первых, до праздников ещё далеко, во-вторых, крутой сынок через забор может сказать операм, что с прошлого сезона не был на даче, ничего не видел, ничего не знает.

- Получается, что органы порой не могут найти ценного свидетеля.

- Да сплошь и рядом! Люди сейчас сами не бегут давать показания, даже если что-то знают. Кому это надо? Затаскают потом по допросам. Да и небезопасно, как многие полагают.

- В целом это неплохая ситуация для Натки. Если она по-прежнему будет твердить, что ничего не помнит, то менты могут даже и не узнать, что Наташа с Мариком были на её даче.

- Теоретически это возможно. Вместе их никто не видел, он в пятницу куда-то ушел своим ходом, курочек у него полно, можно предположить, что к одной из них. А Наталья может сказать, что поехала куда-то сама по себе, потом разбилась и ничего не помнит. Если свидетелей не найдут, то прижать её к стенке будет трудно.

- Ей волокита на руку.

- Да, пока органы будут искать, много воды утечет. Вполне возможно, и сам "потеряшка" объявится, или его матрешек разыщут и решат, что он рванул за бугор, или что-то выяснится с тем, кого наш плей-бой красиво "кинул". Тоже увесистый мотив. В общем, версий много, так что ты пока можешь быть спокойна.

- Хорошие новости, спасибо, милый.

- Рад стараться, любимая. Завтра увидимся?

- Надеюсь.

- А уж как я надеюсь!

- Тогда до завтра. Целую.

- Я тоже, и неоднократно.

Дав отбой, Лара тут же набрала номер подруги.

- Я! - отозвалась та.

- А это я.

- Привет, дорогая. Как оттянулась? Видать, не по полной программе, раз так рано дома?

- Нет, по той программе, что наметила, - вполне.

- Как новый любовник?

- Да он пока ещё не любовник, а лишь поклонник.

- И долго будешь с этим тянуть, отказывая себе в плотских радостях?

- А я ни в чем себе не отказываю.

- Не забыла, что раз пошла танцевать, то надо прижиматься?

- Не забыла, но не спешила.

- И долго намереваешься фаловать своего симпатягу?

- Пока не решила. Как пойдет. Заранее никогда не загадываю. Как только почувствую мощный зов плоти, - так сразу.

- Но посидели хорошо?

- Обалденно! Шикарный кабак, приличная публика, Евгений Сергеевич был на высоте. Славно я развлеклась. Люблю такие игры.

- В общем, чувство полного морального удовлетворения?

- Именно. Алка, я вот ещё почему звоню. У тебя сейчас как с Мироном?

- Разлаялась вдрызг.

- По-моему, зря.

- А чего он приперся мораль мне читать?! Зачем, говорит, так рискуешь, со всякими отморозками конфликтуешь? А я ему: "Да пошел ты..." - ну и так далее в таких же ласковых выражениях. Я себя лечить никому не позволю.

Лариса решила не подводить Толика и слегка покривить душой. Обычно она не врала подруге, но ради пользы дела...

- Алка, а мне Виталик сейчас сказал, что по оперативным данным, Мирон так зол, что объявил войну Савве. Чего-то они опять не поделили. На субботу назначена разборка. Слава сам едет, вооружившись до зубов. Рискованно это.

- Да-а, мать, хорошо, что ты мне сказала. Жалко защитничка-то, убьют ненароком... Придется вмешаться.

- А ты можешь предотвратить стрельбу?

- Запросто. Это ведь Мироша со зла затеял. На мне сорваться не может, так решил пострелять, чтоб расслабиться. Замочит пару-тройку придурков и получит моральное удовлетворение. Нет, я встряну и отговорю его. Не было такого, чтоб я не могла переубедить Славика. Он мне и не такое прощал. Сейчас позвоню, буду мириться. Отойдет. Да я уже и сама не злюсь. Просто в тот день Мирончик мне под горячую руку попался. Мы же с тобой в больнице были, потом я к себе приехала, злая на Натку, как сто чертей. А тут Славка приперся собственной персоной - здрассьте, это я, никак, не ждали? Да ладно бы просто так, проведать и сказать, что соскучился, а он с порога начал мне мозги компостировать. Я нотация ужас как не люблю с самого раннего детства. Вот и вспылила. Чернильным прибором в него запустила. Он мраморный, зараза, тяжелый. Между прочим, сам Мирон и подарил. Я и шарахнула в него его же подарком. Хорошо, не попала, а то бы башка у Славки вдребезги.

- Не жалко было?

- Прибор-то? Нет, он мне новый подарит.

- Да я не про прибор.

- Да я поняла, подруга, просто придуриваюсь. Конечно, жалко. Славка аж весь затрясся. Дома-то у него я и не то творила, а здесь его бойцы за дверью стояли. Слышали, наверное, как я его материла да приборами бросалась. Мирон и не стерпел. Первый раз такое было, чтоб сам ушел, хлопнув дверью. Обычно я сама уходила, а он потом за мной бежал вприпрыжку.

- Как думаешь, удастся тебе с ним после всего этого помириться?

- Без проблем, подруга. Мироша нам ещё пригодится.

- Я тоже так думаю, хотя нужно все же держаться от него на расстоянии.

- Совершенно колбаса.

- Не поняла? - переспросила Лара. - Это что-то новенькое в твоем сленге.

- Ну, значит, совершенно с тобой согласна. Сию же минеточку ему позвоню, замолю грехи.

- Погоди, я не успела тебе рассказать про новости, которые мне сообщил Виталик.

- Хорошие или плохие?

- Да пожалуй, хорошие.

- Тогда давай. Настоебенили уже плохие известия.

Лариса коротко пересказала содержание разговора с Виталиком.

- Отлично, подруга, - резюмировала Алла. - Чем больше у следствия будет версий, тем спокойнее нам. Тогда отбой. Душа горит позвонить Славке и успокоить бедолагу. Небось, автомат пристреливает, строя кровожадные планы, скольких он лично замочит. Это для него получше транквилизатора.

- До завтра, дорогая, - ответила Лара и убрала телефон.

Так, уже одиннадцать. Можно со спокойной душой лечь спать. Сегодня выдался неплохой день. Дай Бог, чтоб и завтра, и послезавтра, и все последующие были такими же.

Блажен, кто верует!

Четверг, 15 марта.

В одиннадцать на рабочем столе Ларисы зазвонил телефон. Она сняла трубку и услышала голос Лидии Петровны.

- Доброе утро, Лариса.

- Здравствуйте, Лидия Петровна.

- Только что позвонил Виктор Павлович. Он намерен выписать Наталию Пантелееву, поскольку нет никаких показаний держать её в хирургическом отделении. Рано утром приходил следователь, и поскольку дело идет к выписке больной, Виктору Павловичу пришлось разрешить допрос. Судя по всему, Наташа по-прежнему ссылается на потерю памяти, а Виктор Павлович не стал в этом разубеждать следователя. Но сам он в затруднении - просто выписать её не решается, а перевести в психиатрическую больницу может только с согласия самой пациентки. А та боится, почему-то считая, что там её запрут навсегда. Виктор Павлович обратился ко мне с просьбой навестить и убедить больную, поскольку со мной она в контакте. Как вы полагаете, Лариса, мне нужно к ней ехать? Вам это не повредит? В данном случае я могу исходить только из ваших интересов, поскольку именно вы обратились ко мне за помощью.

- Лидия Петровна, тут выяснились некоторые новые факты, с которыми мне хотелось бы с вами поделиться. Но я не хочу по телефону. Можно мне к вам подъехать?