Операция Минотавр

Верхние эшелоны всех советских разведывательных органов пришли в волнение.

Нарушен первый закон сбора разведывательной информации - знай ее источник.

Однако информация оказалась вполне достоверной и показала, насколько американцы опережают Советы в разработке технологии "стелс".

Через три месяца неподписанное письмо в простом белом конверте пришло в советское посольство на имя посла. Аккуратно выписанными печатными буквами оно комментировало положение национальных меньшинств в Советском Союзе. Согласно правилам, письмо передали в Москву. Там расшифровали код. Автор составил матрицу, ключевым словом которой являлось первое произвольно выбранное слово из текста, напечатанного на открытке. В письме оказались три произвольных слова, два из них были компьютерными паролями. Третье было вообще не слово, а набор цифр и букв. Из недр Пентагона Терри Франклин извлек замечательный документ о разработке наземного противоспутникового лазера, о котором советская разведка не имела ни малейшего понятия.

Последовало еще несколько писем, каждое из них закодированное на основе ключевого слова, содержащегося в первой открытке, которую подсунули послу.

Информация была бесценной: новые данные по истребителям "стелс", модернизация ракет "Трайдент", достижения в разработке СОИ, лазерная оптика для артиллерии, спутниковые навигационные системы... прямо дух захватывало. Советы получали надежные данные о важнейших военных тайнах Америки. И при этом не знали, кто их поставляет. И зачем.

Вот Харлану Олбрайту и было приказано задействовать лучшего агента матушки России, чтобы выяснить, кто и зачем. Этот агент - Луис Камачо, специальный агент ФБР, начальник отдела контрразведки по округу Колумбия. Он пока ничего не выяснил.

Черт побери, есть от чего прийти в уныние. К тому же Терри Франклин средство для разработки данных от неизвестного источника - вдруг захандрил.

- Вы верите в закон энтропии? - спросил Камачо. По телевизору показывали рекламу.

Олбрайт отвел глаза от экрана и попытался сосредоточиться;

- Энтропии?

- В замкнутой системе неупорядоченность нарастает.

- Видимо, да.

- Удержится ли Франклин?

- Не знаю. Сомневаюсь. И он слишком много знает. - Он похолодел, предчувствуя ярость начальства, если Франклин когда-нибудь расскажет американцам, что ему удалось у них украсть.

- Можно доставить его в Советский Союз? Олбрайт пожал плечами и встал.

- Лучше пойду спать.

- Угу.

- Встретимся завтра вечером -Конечно.

***

Рита пришла в ужас, когда она, сопровождаемая Бабуном, вошла в его квартиру.

- Я живу здесь всего месяц, - пробормотал Бабун у нее за спиной.

Всюду валялись вскрытые картонные ящики с книгами, полотенцами и всякой ерундой. Она зашла в кухню. В раковине полно грязной посуды. На плите сковородка с какой-то гадостью. В холодильнике пол-ящика пива и упаковка "кока-колы" - и ничего больше. По крайней мере, там чисто. Но как этот парень умудрился запачкать столько тарелок? Ага, морозильник забит овощами и замороженными обедами. Даже кусок мяса есть.

Она вывалила содержимое сковородки в раковину, залила сковородку водой, потом горячей водой из крана смыла отвратительный нарост.

Бабун чувствовал себя явно не в своей тарелке.

- Я не силен по части хозяйства, - пробормотал он. - Все собирался расставить вещи, но я же был так занят.

Рита прошла в спальню и зажгла свет. Постель представляла собой нечто немыслимое. Она свалила покрывало и одеяло на пол, затем принялась срывать простыни.

- Принеси-ка чистые.

- Гм... понимаешь, других у меня нет. Зачем тратить деньги на лишние простыни, когда одной достаточно на... - Он осекся под ее взглядом: Рита снимала наволочки с подушек. - Мне же ничего не стоит снести простыни и наволочки в подвал и выстирать их в машине. - Он подобрал белье с пола и направился к двери, которая громко хлопнула. Рита Моравиа улыбнулась и покачала головой.

Сперва она занялась спальней. Грязная одежда была свалена на дне шкафа.

Она вытерла пыль его рубашкой. В ванной чистящих средств не оказалось. Он не чистил унитаз, Она мыла шваброй пол ванной, когда хлопнула входная дверь. Вот и Бабун.

- Эй, Рита, не надо...

- Тут поблизости есть хозяйственный магазин?

- Наверное...

- Мне нужна паста для ванны, средство для мытья посуды, что-нибудь, чтобы вымыть эти полы... тряпка и несколько губок. И освежитель воздуха.

- Завтра я...

- Немедленно, Таркингтон. Он повернулся и, не говоря ни слова, вышел.

Через двадцать минут он вернулся с огромной сумкой. Она вручила ему грязное белье из шкафа.

- Пойди постирай это, а потом приведешь в порядок гостиную и кухню.

Застелив кровать, она заперла дверь спальни. Бабун чем-то шумел в кухне.

Она умылась, почистила зубы и повесила одежду. Из сумки она достала ночную рубашку с оборочками, которую Гарриет подарила ей на Рождество, когда казалось, что ее вяло текущий роман с Огденом может бурно расцвести.

Бедный Огден. Его городской дом всегда выглядел так, будто горничная всего пять минут как закончила уборку. Огден придавал такое значение внешнему виду.

Он бы упал в обморок, увидев ее в этом бедламе. Ну, ладно. У Бабуна было нечто, чего Огдену не иметь никогда. Она размышляла над этим, расчесывая волосы.

Таркингтон настолько же смел, насколько умен, и хорошо знает, что важно, а что нет. Он глубоко, непоколебимо верит в себя и в свои способности. Значит, личность Риты, ее достижения он не станет воспринимать как угрозу себе. С какой стороны ни посмотри, Бабун Таркингтон - мужчина.

Именно такой мужчина нужен был Рите Моравиа в жизни.

Она выключила свет, оставив только ночник, и открыла дверь спальни.

Бабун стоял у раковины по уши в мыльной пене. Он перерасходовал жидкость для мытья посуды. И воду тоже. Вся мойка в воде и мыле. Черт возьми, размышлял он, - не надо было приводить Риту сюда. Он все собирался разложить вещи и сделать уборку, но всегда откладывал эти неприятные хлопоты. Он встречался с этой секретаршей из Александрии, но ночевал всегда у нее. Ему просто не приходило в голову, какой будет реакция Риты, до самого последнего момента когда полез в карман за ключом.