Прощай, принцесса

— Да, Ангус, мы соседи и должны друг друга поддерживать. Но подобные вопросы так не решаются, можешь ты это понять? Почему бы тебе просто не пойти в любой бар и не подцепить там кого-нибудь?

— Да я ходила уже много раз, но в этих заведениях очень скучно, к тому же выпивка там дрянная. А еще у меня голова идет кругом от тамошней громкой музыки. Не понимаю, почему ты отказываешься лишить меня девственности? Это ведь отнюдь не то же самое, что потерять ее с незнакомцем, я ведь девушка скромная и буду стесняться. Неужели я тебе противна, скажи!

— Да не в этом дело, Ангус! Мне кажется, ты должна все честно рассказать своему жениху. Будет лучше, если ты ему признаешься. Такое доверие лишь делает двоих людей ближе друг к другу, понимаешь?! Он тебя еще поблагодарит за честность.

— Ты просто не знаком с Бальдомео, моим парнем, он ведь служит… какой-то там офицер или сержант, не знаю точно. Он вдовец, и я уже рассказала ему, что… ну, понимаешь, что у меня было несколько мужчин. Немного… несколько… нормально так! И как я ему теперь в глаза буду смотреть, если он узнает, что все мои рассказы были ложью? Тони, я серьезно тебе говорю — давай по-быстрому, десять минут — и все дело! Ну что тебе стоит?!

— Ангус…

— Ладно, как хочешь: в следующий раз так в следующий раз. Тем более что сейчас ты и вправду устал. Слушай, я завтра вернусь домой после девяти. А потом пойду ужинать с Бальдомео… если хочешь, встретимся позже. В любом случае увидимся, мы же соседи. Ладненько… пока, милый. — Она повернулась было к своей двери, но задержалась, чтобы добавить: — И помни: соседи должны оказывать друг другу услуги.

Ночью «Охотничий клуб» превращается в нелегальный игорный дом, где собираются любители покера. Я понятия не имею, что там происходит днем, а вот о ночной жизни заведения осведомлен прекрасно, так как несколько лет проработал там администратором. Нынче им заправляет один тип по кличке Антонио-Молекула, под таким именем он даже проходил в комиссариате. Когда я работал в этом притоне, им владела некая Маруха Гарридо. Сейчас она отбывает срок по обвинению в убийстве Датилеса, одного из лучших домушников, каких когда-либо знал Мадрид.

Быть администратором в подобном месте — работа легкая, чистая и крайне приятная, но в ней, как и в любом другом занятии, есть свои минусы. Худшее — это то, что ты постоянно сталкиваешься с мошенниками, аферистами, карточными шулерами и карманниками, в подпольных игорных клубах подобной публики обычно больше, чем деревьев в лесу.

Одной из основных моих обязанностей было не пускать карманников на порог заведения. Эти люди компрометируют клуб и подрывают его престиж, так что таких визитеров следует вышвыривать немедленно. То же самое с любителями подраться и пьяными клиентами. Без сомнения, самым трудным было выколачивать деньги из должников. Маруха Гарридо придерживалась правила: давать в долг не больше пятидесяти тысяч песет, да и то только проверенным завсегдатаям. Потом, если они оказывались в проигрыше, приходилось вытряхивать из них деньги, и вот тут-то обычно начинались проблемы. Именно поэтому, увы, и расстался с жизнью Датилес.

В общем, местечко было мне по душе. И если вдруг накатывало желание и была возможность сыграть несколько партий в покер, как в ту ночь, когда я возвращался из Сафры, то я в первую очередь вспоминал именно про «Охотничий клуб». И не только потому, что раньше работал там, но еще и потому, что в этом месте совмещал должности крупье и официанта мой приятель Кукита, или Куки, как его еще часто называли.

Подпольный клуб находился на улице Орталеса, неподалеку от проспекта Гран-Виа, и, когда я добрался туда, была уже полночь. Кукита замешкался дольше положенного, открывая мне дверь заведения. Увидев, кто пришел, он радостно завопил «Тони!» и, подпрыгнув, заключил меня в свои железные объятия. Он был карликом, но при этом очень пропорционально сложенным, с движениями плавными и точными, как у кота. Весьма тренированный малый — сказывались молодые годы, проведенные в труппе Бомберо Тореро. [4]При всем том мой приятель был слегка сентиментален.

— Я погляжу, ты еще в форме, а, Кукита?! Как жизнь, мужик?

— Лопни мои глаза, кого я вижу?! Тони, какая радость! Тони, чтоб тебя, радость-то какая! Ты почему так долго не появлялся, хрен старый?!

Я осторожно поставил друга на землю и потрепал по щеке:

— Да я уезжал, Кукита. Есть хороший стол?

Кукита на мгновение задумался и обежал глазами помещение. Все шесть столиков уже были заняты игроками, среди которых попадались и женщины.

— Видишь Молекулу в дальнем углу?

Я поглядел туда, куда он показывал. Там Антонио-Молекула в своем черном бархатном пиджаке что-то растолковывал парочке клиентов.

Кукита добавил:

— Там четыре мужика — они ввалились очень довольные, похоже, с какой-то попойки. Вижу их впервые, но смахивают на лохов. Они еще не начали.

— Отлично, поменяй мне. Гляди — я даю десять банкнот по тысяче песет, одна остается тебе. Посмотрим, на нашей ли стороне сегодня удача.

Я приблизился к столу, поприветствовал собравшихся и попросил разрешения принять участие в партии. Меня приняли, и я уселся рядом с обильно потеющим толстяком. Молекула, судя по всему, ораторствовал уже довольно давно — ему нравилось производить впечатление на новых людей, а мое появление прервало его блестящую речь.

— Отлично, Тони, добро пожаловать, я рассказывал господам о правилах, принятых в нашем заведении, ну а уж тебе-то они известны лучше, чем кому бы то ни было. Двадцать пять с каждого игрока, плюс пять процентов от выигрыша получает заведение. Это единственная плата, что вы должны клубу. Запрещено мошенничество, скандалы, драки, пьянки, нельзя также петь или иным образом мешать клиентам. Если вам необходим крупье — обратитесь к персоналу. Его услуги оплачиваются — по пятьсот песет с каждого игрока. Всякий раз, когда нужно поменять колоду, это стоит по пятьдесят с носа. Как я уже говорил, мы здесь играем в покер на тридцати двух картах, его еще называют «Чибрито» или иногда «Сеньора». Если вам захочется выпить, вы можете обратиться к сеньору Куки или донье Лус Марии.

Я еще не знал, что они взяли на работу официантку, но, с любопытством обежав глазами зал, никого не увидел. Потом портьера, отделяющая игровую часть от бара, шевельнулась и из-за нее показалась эффектная мулатка с подносом в руках.

— А, и вот еще что, — добавил Молекула, глядя, как все пожирают глазами женщину. — Не вздумайте заигрывать с доньей Марией, вы сюда играть пришли, а не девок за задницы щипать. Кто только попытается, будет иметь дело лично со мной и вылетит отсюда к чертовой матери. Все ясно?

Никто ничего не ответил. Кукита положил на стол передо мной мои фишки и произнес:

— Что ж, господа, делайте ваши ставки.

Глава 2

На следующий день я ввалился в свою квартиру и буквально рухнул на кровать. Было одиннадцать часов утра. Я лежал, тупо уперев взгляд в потолок, пока не услышал треньканье мобильного телефона.

В ту ночь мой выигрыш составил шесть тысяч песет, но это стоило девяти часов адского напряжения. Двое из игроков были вовсе не новичками, а самыми настоящими профессионалами. Они работали в паре и умело обменивались знаками. Двое других и в самом деле оказались подцепленными на какой-то дискотеке простаками.

— Да? — Я поднес телефон к уху.

— У тебя мобильный был выключен. И я оставила два сообщения. Ты что, не слушал голосовую почту? — В трубке раздался знакомый хрипловатый голос Хуаниты Сан Хуан.

— Хуанита, у меня еще не было на это времени — я только что вошел. Что-нибудь случилось?

— Ты можешь приехать сегодня к нам на обед в «Пузырьки»? Приезжай, и я тебе кое-что расскажу, ладно? Не отказывайся, Каталина приготовит то, что ты любишь! Тебе ведь нравится, как она готовит паэлью?

— Да за ее паэлью я могу и душу продать! В половине третьего устроит?