Неотвратимость

Далее в справке говорилось, что Олег Матюшин — он же Дмитрий Петров и еще самозванно присваивающий себе множество других имен и фамилий — скрывается сейчас в Москве. Судя по приобретенному им мундиру офицера милиции, Матюшин готовится вместе с сообщниками совершить новое преступление.

Все было ясней ясного. Но, как требовал закон, среди многих похожих снимков предъявили Райской и фотографию Матюшина. Она, не колеблясь, указала его.

Майор Вазин пригласил к себе Калитина.

— Ты первый вник во все это, тебе, Павел Иванович, и приказано заниматься Матюшиным. Что предлагаешь?

— А Кулешов?

— Кулешову поручено другое, не менее серьезное дело. Тебе придаем часть вашей группы — Шлыкова и Венедиктова. Какие-нибудь соображения есть?

— Проанализировать все это надо, Алексей Михайлович. С Райской еще встретиться.

— А что тебе неясно? Делай все по науке, как положено.

— Не пойдет «разгонщик», да еще такого высокого класса, как Матюшин, на мелкую кражу. Что-то здесь не так.

— Ладно. Думать думай, а одновременно готовь с ребятами список мероприятий.

— Вы правы, одно другому не мешает. Через два-три часа доложу.

Как всегда, когда в огромном городе срочно надо найти нарушителя закона, столичная милиция получает команду особенно внимательно следить за гостиницами, ресторанами, кафе и за «воротами» Москвы — вокзалами, аэродромами.

Многие высокие черноволосые офицеры милиции и стройные брюнеты в вечерних черных костюмах были в этот день несколько удивлены повышенным вниманием, проявляемым к ним воинскими и милицейскими патрулями. Но Матюшина-Петрова пока не обнаружили нигде.

К вечеру Павел снова решил зайти к майору; накопились некоторые соображения. «Разгонщик», как известно, один не работает. Ему нужны сообщники — три, четыре, пять человек. Стоит поэтому хорошенько пощупать старые связи Матюшина, еще раз проверить, кто из его «коллег» находится сейчас на свободе. И еще. По совету Пети Кулешова Павел внимательно посмотрел прежние дела Матюшина. Какой бы соблазнительной и легкой ни казалась афера, этот никогда не бросается в нее очертя голову. Вжиться в роль, действовать только наверняка — его девиз. Что, если тщательней понаблюдать за местами большого скопления людей — крупными универмагами, рынками, ярмарками — одна из них сейчас как раз открылась к празднику, — за магазинами, торгующими особенно ходкими товарами. Именно в таких местах особенно нужен глаз милиции. Всяческое мелкое ворье, спекулянты, перекупщики знают, что стражи порядка здесь начеку и как огня боятся человека в форме. А раз так, то не исключено, что и Матюшин захочет потолкаться среди торгующих, покупающих и приценивающихся, почувствовать, как действует на людей его форма, манера держаться. Как-никак, а пять лет на свободе не был. А за это время многое переменилось — в условиях жизни, облике и духовном мире людей, в том, как народ относится к милиции, а милиция — к народу…

— Что ж. Составь проект дополнительного указания, — согласился майор Вазин. — Я подпишу у начальства. Только учти, чем чаще мы просим помощи у руководства, тем больше векселей выдаем. Побыстрее надо поворачиваться с розыском этого проходимца.

Побыстрее… Как будто Павел не думал денно и нощно об этом же. Но то, что очень хочется, как на беду, не всегда сразу получается. Особенно если к тому же еще возникают, как выяснилось потом, и объективные причины.

Дни между тем стремительно набегали один на другой, а калитинская группа очень немного продвинулась вперед. И тут неожиданно объявился добровольный помощник в деле Матюшина. �