Игра в подкидную войну
Игра в подкидную войну читать книгу онлайн
Очередные главы бесконечного детектива «Голые короли» рижского писателя Анатолия Гончарова возможно огорчат тех его читателей, которые воспринимают все написанное автором, как истину в последней инстанции. А все диалоги, как записи ФСБ.
Увы имеет место вымысел и исторические ошибки. Из одной из публикаций о Анатолии Гончарове известно, что он не пользуется компьютером, иначе, заглянув в Википедию он нашел бы там, что брата Дебры Берлингейм (у Гончарова - Дебора Бурлингейм) зовут Чарльз Берлингейм, а не Мартин Френкель (Глава 175). Последний же, действительно знаменитый аферист (статьи о всех трех персонах не переведены на русский язык и существуют в Вики только на английском языке), арестованный в августе 2001 года (т.е. до событий 11 сентября) и в мае 2002 приговоренный к 200 месяцам тюрьмы.
Википедия тоже не всегда истина, но на Арлингтонском кладбище имеется плита на которой имя пилота рейса 77 American Airlines - Чарльз Фрэнк Берлингейм III. Да, история с атакой на Пентагон подозрительна, как и весь эпизод 11 сентября, но выдал за пилота афериста Гончаров, а не спецслужбы США.
В этих главах автор, ну очень рьяно восхваляет Путина, правда его и раньше называли путинистом, так что себе он не изменил.
Так что, читая эти главы, отнеситесь к ней критически, отделяя зерна от плевел, помня, что это публицистика, а не историческое исследование, безусловно характеризующая наше время, со всеми его оттенками.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
- Я не знаю, что это такое! - отчеканил Уильям Питт.
- Ну что ж, вы сами вынуждаете меня перейти к решительным действиям в союзе с оппозицией, - заявил принц Уэльский. - Вопрос о регентстве я намерен дебатировать в палате лордов. Не думаю, что ваша позиция, позволяющая вам манипулировать слабостью его величества, столь уж неуязвима...
- А не припомните ли вы, ваше высочество, что было написано в объявлении, которое лет полтораста назад Кромвель собственноручно повесил на дверях палаты лордов?
- Мне достаточно нелепостей сегодняшнего дня, чтобы еще помнить о давно минувших! - заносчиво ответил принц.
- Неужели никогда не слышали? Впрочем, если бы услышали, то и помнили бы.
- Что же такого достопамятного объявил Кромвель?
- Всего четыре слова, которые все и всех расставили по своим местам: «Сдается внаем пустая палата».
Ореховая трость премьера отстучала удалявшееся многоточие. На подготовке дворцового переворота в Петербурге этот знак препинания никоим образом не сказался. Император Павел был обречен.
Живая власть для черни ненавистна. Коль нет ее никакой, следует вывесить на дверях парламента объявление британского военного диктатора Оливера Кромвеля, не утратившее за четыре века своей актуальности: «Сдается внаем...»
Украинские «лорды» считали последние часы пребывания Яценюка во главе кабинета министров, пересчитывали голоса сторонников отставки - все сходилось к обоюдной пользе обездоленного Майданом народа и обогатившейся тем же местом власти: переведи ее через Майдан, дай хорошего пенделя к ускорению, и будет нам счастье. Когда мы этого хотим? Прямо сейчас!..
Все учли борцы за народное счастье, кроме самой малости. Закулисный Беня Коломойский прикинул себя в роли английских заговорщиков образца 1801 года, подкупивших любезных Павлу гатчинских малороссов, скорректировал поведенческую модель, заимствованную у британского посла в России 1917 года Джорджа Бьюкенена, заручился негласной поддержкой кабинета Кэмерона, и голосов за отставку невероятным и очевидным образом не хватило. Маразм крепчал, и санки Яценюка по-прежнему быстрее танков Порошенко.
Основным аргументом против отставки послужил его же тезис из отчетного доклада: «Впервые за всю историю нэзалэжной Украины мы в эту зиму не закупили у России ни одного кубометра газа!» Гром аплодисментов. Правду сказал Кролик, но это была единственная правда из всего, что он замутил в отчете. Не закупили, а просто украли недостающие миллионы кубометров, предназначенные для европейских потребителей.
Наутро причитала пришедшая в себя Юлия Тимошенко: «Каждому голосующему против отставки кабмина заплатили по миллиону долларов!» Ей не поверили. Скромным народным избранникам Верховной рады достаточно и по десяти тысяч баксов на больную голову, чтобы проголосовать за или против чего угодно.
С другого конца зашел в тему Арсен Аваков: «Не надо бороться за невинность в борделе. Тронете меня с места - открою такое, что весь мир отвернется от Украины. Трепещите, уроды!»
Только Порошенко и Яценюк знали, что имел в виду министр рептильных дел - «геополитический» проект, о котором вскользь упомянул «король шоколадного диатеза» в телефонном разговоре с главой МВФ. Если реально замаячит угроза отставки, Аваков обнародует секретный рабочий сценарий служебного триллера под кодовым названием «Убить президента».
За хорошие деньги он покажет самого президента.
20-22 марта 2016 года.
Глава 171. ВОЗНИЧИЙ НА МЛЕЧНОМ ПУТИ
Смирная слава российских дорог никак не упадала, потому что ниже канавы падать ей некуда. Пролегла без претензий к неровностям - худая, ухабистая, топкая - на бесконечные наши века. Ее Млечный Путь, но и не шлях чумацкий, к логову змиеву ведущий. Дорога как дорога.
Обманчивым промельком подобие колокольного звона чудится в пути. Не благовест, а так, словно в медный таз кто ударил, настоящий колокол ни с чем не сравнить и не спутать. И тут своя иерархия, свои степени за века сложились: «буревой», «вечевой», «лебедь», «гуд»... Соборный толстостенный «реут» с развалистым раструбом - это уже как бы глас божий.
Не только по величине и мощи звучания колокола различаются, но и по назначению: зазвонный, перечасный, праздничный, набатный. Особый гуд ставится, когда мор подступает. Чуму, оспу, холеру этот гуд поражает. В давние века пол-Европы от моровой язвы повымирало, а Москва только гудела, не впуская чумного дыхания внутрь колокольного кольца вокруг города, которое потом «Золотым» назовут.
И кто скажет, почему от праздничного перезвона снег перестает валить и дождь стихает? Чудо не чудо - прикосновение звуком к надмирному, непознанному...
В нетрезвые от революционной дури годы Дзига Вертов, он же Денис Кауфман, снимал в Сергиевом Посаде снятие главных лаврских колоколов - 65-тонного «Царя», 40-тонного «Карнаухого», 35-тонного «Бориса Годунова». Снимал на пленку то, что снимали. Неслучайны совпадения глаголов. Снимали живое звучание трехсотлетней жизни, чтобы заменить его назойливым стрекотанием киноаппарата.
Глаза очевидцев, следивших за процессом, сначала устремленные к небу, опускались все ниже и ниже, пока «Царь», как паровоз, скользил по рельсам, а потом с отлетающим гулом упал на дрогнувшую твердь, и взгляды тоже прибились к земле. Когда снимали «Карнаухого», он артачился, как бык, влекомый на бойню, и рухнул на «Царя», распавшись на тяжелые черные осколья. Люди заплакали, прощаясь с убиенным временем, которое не прожить. Камера невольно проникла в потаенный смысл события, вывернув его наизнанку и обнажив крикливую ложь революционного пафоса.
Колокола отомстили за обесчещенную Лавру. По разным причинам через год не осталось в живых никого из тех, кто лихо сбрасывал «реута» с яруса звона. Не стало и тех, кто затевал кощунство. У нового времени вдруг прорезались страшные клыки, и напрасно Дзига Вертов, словно боярин Шуйский, молил это время о пощаде: «Чур, чур, не я твой лихоимец!..»
Голод и мор пришли на русскую землю после Успенского поста того нетрезвого года. Все вокруг бурлило, кипело, исходя духом непотребства, пока не увиделось, что нет больше тех лихоимцев - никого нет. Мертвых не спрашивают, кто виноват. Они так и остались по ту сторону разлитого горя.
А живые, потерявшие слух, принялись устраивать к лучшему не будущее, но прошедшее, не ведая и не понимая, какая из дорог на распутье правильная: «Вдали горит прекрасная звезда, названия которой мы не знаем...»
Автор фильма «Гибель империи. Византийский урок» архимандрит Тихон, ныне уже епископ Егорьевский, являвшийся духовником Владимира Путина, говорил за кадром о блистательной Византийской империи, существовавшей между Востоком и Западом 1123 года и рухнувшей «под напором внутреннего врага, который неприметно возник в недрах византийского общества и подточил устои, растлил дух великого народа». Повествуя о трагической судьбе Византии, отец Тихон говорил, в сущности, о России сегодняшней. О том, что ее ждет, если не усвоит византийский урок: смута, развал, бесчестие.
Архимандрит свидетельствует: «Проблемой, которую Византия не сумела решить и которая в конце концов погубила ее экономику, стала утрата государственного контроля над финансами, грандиозный, неконтролируемый отток капитала на Запад. Государство выпустило из рук рычаги контроля над промышленностью и отдало основные торговые и экономические ресурсы иностранным предпринимателям. А Запад всеми правдами и неправдами стал вовлекать Византию в зарождающийся прообраз всеевропейской торговой организации...»
Отсюда следует и без того очевидное. Главное зло русской государственности - олигархи, «пятая колонна» либералов, дурные правители и патологическая ненависть Запада к России, его необъяснимый страх перед нею.
