Лучший телохранитель – ложь

Томас учился быстро и задавал толковые вопросы, из которых явствовало, что юноша представляет себе наиболее важные операции при подготовке устройства и весь риск, связанный с такой работой. Понимал он и то, что оба оператора были сильно ограничены во времени.

Собрав ствол и установив стальную плиту, которая должна была служить основанием для мишени, Никитин поставил на подоконник, прямо над двумя свинцовыми контейнерами, старенький будильник. Стрелки показывали ровно двенадцать часов.

Никитин говорил на испанском языке с русским акцентом, начисто убивавшим испанское раскатистое «эр».

— Я заведу будильник на двадцать минут. Когда зазвенит звонок или, если его не будет, когда минутная стрелка коснется цифры «четыре», ты, Томас, должен будешь бежать из этого домика так далеко, как только сможешь, независимо от того, закончили мы работу или нет. Ты понял меня?

— Да.

— Ты не будешь спорить со мной, что-то выяснять или задавать вопросы, просто убежишь. Понял?

— Да, сеньор, понял.

Они надели специальные костюмы и перчатки, накинули капюшоны и начали дышать через респираторы. Обычно на тренировках они надевали только костюмы и толстые перчатки. Эти перчатки очень осложняли работу с клещами, с помощью которых предполагалось поднимать, переносить и устанавливать на место подкритические массы урана.

Меньше чем через минуту оба мужчины почувствовали, как же тяжело работается в костюмах со свинцовыми прокладками. С помощью ключа-трещотки Никитин отвинтил четыре болта крышки первого свинцового контейнера. Рукой в перчатке он дотянулся до подоконника, взял будильник и снова установил стрелки на двенадцать часов, после чего вернул будильник на место. Потом он поставил контейнер на стол и поднял его тяжелую крышку.

Четыре элемента урановой мишени были похожи на свинцовые кольца разных размеров, уложенные сверху вниз латинской буквой «V».

Томас поднял клещи и взялся за верхнее кольцо. Легкой, уверенной походкой он подошел к столу и уложил кольцо на место. Это была нижняя часть будущей урановой мишени. Кольцо ровно легло на заранее подготовленную плиту из высокоуглеродистой стали.

Никитин пытался объяснить Алиму по рации, что они делают. Из-за надетого на него капюшона слова Якова плохо доходили до переводчика. Алим то и дело переспрашивал, требовал уточнений.

В это время Томас повторил операцию со вторым кольцом.

Никитин попытался рассказать и об этом. Немедленно последовал вопрос:

— Сколько еще осталось?

— Два, — ответил Никитин.

— Что вы сказали? Повторите.

— Установлено два диска мишени.

— Сколько осталось времени?

— Мне некогда смотреть на часы.

— Скажите примерно.

Никитин проигнорировал вопрос. Он заметил, что постоянно раздающиеся из рации крики нервируют Томаса. Если он уронит один из элементов мишени на пол, тот деформируется, и вся работа потеряет смысл.

Из-за отсутствия вентиляции он задыхался в своем костюме. Небольшое стеклянное окошко в шлеме, через которое он мог наблюдать за работой, стало запотевать.

— Что вы делаете сейчас?

— Послушай. У тебя может быть либо бомба, либо описание, как ею пользоваться. Выбирай, что тебе нужно, — заявил Яков.

Прошло несколько секунд, а потом переводчик проговорил:

— Афунди хочет идти к вам и сам понаблюдать за работой.

— Скажи ему, путь идет, если готов умереть, — отрезал Никитин.

Он выключил рацию и бросил ее на стол.

Поскольку Томас снова направился к контейнеру, Никитин понял, что осталось установить последний диск мишени. Колумбиец поднял кольцо щипцами и быстро положил его поверх других. Никитин поднял ключ и взял в руки два болта от пустого контейнера и две стальные шайбы. Через все урановые диски проходили небольшие отверстия. Их расположение точно совпадало с отверстием в стальном основании мишени. Теперь, после того как диски были уложены в нужном порядке, их можно было скреплять болтами.

Стараясь не касаться рукой в перчатке металла, Яков продел через шайбу один из болтов и опустил его в первое отверстие, а затем проделал ту же операцию и со вторым болтом. Ключом он тщательно затянул болты, помня при этом, что ни в коем случае нельзя слишком налегать на инструмент, чтобы не деформировать мягкий уран.

Когда операция была выполнена, он обернулся и посмотрел на часы. Самая важная часть работы все еще была впереди. Они потратили драгоценные семь минут, включая те, что ушли на пререкания с Алимом по рации.

Яков подошел ко второму контейнеру и стал отвинчивать болты. Меньше чем за минуту он снял с него крышку. В специальном углублении перед ним лежал снаряд, меньшая часть обогащенного урана.

Подошел Томас с щипцами, захватил и поднял снаряд. Он еще не донес его до верхней части контейнера, как вдруг цилиндрическое тело снаряда выскользнуло из щипцов и упало обратно в нишу, где лежало до этого.

Томас остановился и посмотрел на Никитина. Яков мог бы обругать юношу, но вместо этого он перехватил щипцы и сам аккуратно поднял снаряд из углубления. Никитин внимательно изучил изделие через стеклянное окошко в шлеме, вращая его в разные стороны, пытаясь рассмотреть возможные повреждения.

— Все в порядке, — сказал он.

Томас кивнул.

Никитин поместил урановый заряд обратно в контейнер, отдал щипцы Томасу, а себе взял другие, меньшего размера. Этим инструментом Яков поднял латунное кольцо и надел на него с внешней стороны по центру неопреновый уплотнитель.

Томас снова взялся за снаряд, на этот раз он держал щипцы обеими руками, чтобы не дать снаряду соскользнуть. Плотно удерживая деталь, он уложил ее на стол так, чтобы снаряд стоял вертикально, подобно ракете на стартовой площадке. Он придерживал снаряд у основания, чтобы не дать ему упасть, в то время как Никитин осторожно продевал через верхнюю часть латунное кольцо с уплотнителем.

Внешне снаряд выглядел так, будто имел идеально цилиндрическую форму, но на самом деле это было не так. Нижняя часть окружности была больше верхней. Поэтому кольцо, скользнув по снаряду вниз, остановилось, преодолев примерно две трети расстояния до днища снаряда. Яков с помощью все тех же щипцов проверил, плотно ли сидит кольцо. Кольцо невозможно было сдвинуть с места.

Он снова сверился с часами. Прошло уже шестнадцать минут. Никитин быстро поднял второе кольцо и таким же образом «нанизал» его на снаряд. На этот раз кольцо прошло лишь половину пути, прежде чем плотно село на металлический цилиндр.

Яков достал банку со смазкой, вскрыл крышку и с помощью небольшой щетки нанес тягучее прозрачное вещество на внешние неопреновые прокладки обоих латунных колец.

— Готов? — спросил он после этого. Он удерживал снаряд на столе малыми щипцами, в то время как Томас более надежно держал его большим инструментом. Никитин стоял перед ним так, чтобы держать снаряд как можно дальше от урановой мишени, которая была уже готова к использованию.

По отдельности ни одна из двух частей урана-235 не имела достаточной массы для достижения цепной реакции. Но если их поместить слишком близко друг от друга или, не дай боже, позволить им соприкоснуться, тут же последует ядерная реакция, сопровождающаяся смертельным выбросом радиации.

Томас продолжал удерживать снаряд вертикально на вытянутых руках, в то время как Яков взялся руками в перчатках за ствол пушки.

В этот момент двухфутовый пушечный ствол скользнул наружу на шарнире из закаленной стали. Когда снаряд окажется внутри ствола, он так же скользнет обратно и застынет в закрытом положении; при этом срез ствола будет почти касаться открытой чаши, форму которой имеет урановая мишень. Небольшой зазор между двумя подкритическими массами будет заполнен трехдюймовым диском из урана-238, выполняющим роль отражателя нейтронов, который сам не мог участвовать в реакции деления ядра и поэтому отталкивал бомбардирующие его нейтроны обратно к их источнику. Диск был тем единственным препятствием, которое не позволяет соединиться двум подкритическим массам обогащенного урана, даже если снаряд случайно раньше времени опустится вниз по стволу урановой пушки. Это было последнее устройство безопасности, которое Никитину предстояло удалить, прежде чем взвести бомбу для взрыва. Но сейчас диск-предохранитель невозможно было вставить на место, пока снаряд не займет нужное положение, а ствол не вернется в прежнюю позицию и не закроется.