Лучший телохранитель – ложь

— Почему бы вам, ребята, не отправиться туда, где безопасней? — спросил один из агентов. — Нет никакого смысла в том, чтобы все мы оставались здесь. Я и сам смогу открыть дверь.

— Две мили туда, две мили обратно — на это у нас нет времени, — отказался руководитель группы по чрезвычайным ситуациям. Он уже успел достать и надеть специальный защитный костюм, сброшенный с вертолета в сумке вслед за приземлившимися специалистами. — Кроме того, если здесь будет полномасштабный ядерный взрыв, то все это не будет иметь особой разницы. Если у нас ничего не получится, то я хотел бы, чтобы вы, все ваши люди и оставшиеся члены моей группы укрылись за бетонным разделителем полос движения.

Никто не стал спорить. Торп и Райтаг видели, как еще двое специалистов группы надели защитные костюмы. Оставшаяся пара присоединилась к агентам, которые спрятались за бетонным разделителем.

В задней части контейнера было две двери с мощными запорами наверху и внизу. Каждый запор отпирался отдельной ручкой. Закрыть или открыть их можно было, потянув или, наоборот, нажав на эти ручки.

Старший группы специалистов-ядерщиков взялся за одну такую ручку контейнерной двери.

— Вы готовы? — обратился он к коллегам.

— Да, можете действовать.

Он потянул ручку вверх, освобождая тяжелый металлический штырь из паза в верхней части контейнера.

— Готово. Один открыт. Нужно опустить второй.

Он взялся за вторую ручку снизу.

— Почему-то этот не хочет открываться. — Мужчина снова схватился за ручку, напрягая мышцы спины и тяжело дыша.

Он снова попытался протолкнуть ее вниз. Безуспешно.

— Чертова железка…

— Осторожнее, не нужно слишком сильно нажимать на нее, — посоветовал ему товарищ.

— На контейнере видны несколько вмятин. Скорее всего, она просто погнулась.

На этот раз он налег на рычаг всем своим весом. Штырь начал выходить из гнезда.

— Готово, — наконец сообщил мужчина.

Когда старший группы увидел несколько сотен фунтов стального листа, усиленные свинцовыми пластинами, он невольно сравнил контейнер с ракетной пусковой установкой. И тут вдруг внезапно ударила вспышка взрыва, которая снесла дверь контейнера с петель. Она же отбросила изломанное человеческое тело на пятьдесят ярдов ниже по шоссе. Рядом, разбрызгивая блестки искр, на асфальт шлепнулась покореженная дверь.

Через секунду ударная волна с шумом обрушилась на камеру и на вертолет, зависший в четверти мили от взрыва. На несколько секунд изображение прервалось.

— О нет! — вскричал Райтаг.

Когда на камере снова появилось ясное изображение, все увидели, что из открытого контейнера валит дым и огонь. Другой край силой взрыва выгнуло дугой. Задние колеса грузовика отвалились, одно из них загорелось.

— Принесите огнетушитель… с пеной. И срочно направьте туда машину скорой помощи.

На месте происшествия царил хаос. Два агента ФБР выпрыгнули из-за своего бетонного убежища и побежали к распластавшейся на шоссе фигуре. Двое специалистов команды ядерщиков двигались в ту же сторону, но очень медленно: мешали сковывающие движение защитные костюмы. Вот они подошли к изувеченному контейнеру. Один из них держал в руках счетчик Гейгера.

— Что там на приборе?

— Ничего, всего чуть выше нормального фона.

— Этого не может быть, ведь защитный экран нарушен взрывом.

Двое мужчин скрылись в дыму, окутавшем заднюю часть контейнера.

Все в командном центре застыли в молчании, впившись глазами в огромный экран, откуда доносились голоса, передаваемые по системе связи.

Еще через две секунды специалисты вынырнули из дыма.

— Обычное взрывчатое вещество, — проговорил один из них. Он снял с себя шлем. Камера зафиксировала, как с его лица градом катится пот. — Что-то вроде «Семтекс», или C-4, или какая-то другая синтетика, не могу сказать точнее.

Все услышали завывание сирены «скорой помощи», которая мчалась по шоссе к месту происшествия.

Вокруг того, что осталось от деревянного ящика, был зафиксирован повышенный фон радиации, но самого устройства там не оказалось.

Глава 63

Отделившись от контейнеровоза, второй грузовик проехал примерно милю и оказался около большой арки моста, в бухте под которым скопилось множество яхт и больших судов. Машина продолжала мчаться вперед на полной скорости в плотном транспортном потоке. Вот она въехала на мост, движение по которому осуществлялось в две полосы в каждом направлении, разделенные бетонным заграждением.

Сквозь легкую дымку Яков увидел перед собой то, что показалось ему настоящей Страной чудес. Слева под мостом растянулись огромные пляжи с белым песком, в уютных бухточках рядом с которыми нашли приют множество шикарных яхт, бригантин и других экзотических судов.

Прямо впереди простиралось нечто, что можно было принять за остров, если бы не бесконечная песчаная гряда, которая таяла в туманной дымке в океане с южной стороны. Сразу же за мостом местность была покрыта буйной растительностью. Это был настоящий оазис высоких пальм и величественных эвкалиптов. Потом Никитин увидел поле для гольфа, хотя и не знал, что это было оно. Вдалеке широкой полосой синел Тихий океан. А справа от этого великолепия песчаного побережья лежало фантастическое нагромождение многослойных свадебных тортов, огромное скопление деревянных крыш различной формы, образующих круг около самого величественного купола, над которым реял огромный американский флаг. Это был отель «Коронадо», место, где когда-то снимался знаменитый фильм «Некоторые любят погорячее» [2].

Но все это ничего не значило для Алима. Расположившись на сиденье рядом с русским, он думал только об одном. Направо, примерно в двух милях отсюда, Алим видел огромную плоскую громаду корабля, которую медленно буксировали к причалу. В это время четыре пожарных судна выстреливали ввысь мощными разноцветными струями воды, образовывавшими искусственные арки красного, белого и синего цвета. Это был момент, которого Афунди ждал с того самого утра в Гаване, когда сидел рядом с Фиделем за покрытым скатертью обеденным столом и закрывающимися после бессонной ночи глазами и впервые увидел фотографию этого авианосца, который американцы называли «Рональд Рейган». На борту именно этого чудовища гнездились те самолеты, что убили отца и мать Алима.

Месяцами он анализировал полученную от товарищей по оружию информацию, поступавшую со всего мира. Друзья отслеживали перемещения корабля-монстра из океана в океан. В Гаване собирали сообщения газет, разговоры в блогах на различных сайтах Интернета — все, что касалось местонахождения авианосца и кораблей сопровождения.

В лагере в Колумбии Алим жадно ловил новости, как капитан Агаб [3], который ждал вестей об огромном белом ките. Ему не давала покоя и была отвратительна сама мысль о том, что, как писала пресса, корабль успеет зайти в порт базирования, пополнить запасы, а затем снова уйти в море, прежде чем бомба будет готова к применению.

Но, как говорил ему в то утро Кастро, на свете действительно существовало такое понятие, как судьба. Где-то далеко в Тихом океане разразился тайфун, и огромный авианосец, который возвращался домой, был вынужден отклониться от курса в сторону Филиппин. Как писали американские пропагандисты, корабль и сопровождавшая его дьявольская флотилия получили приказ использовать свои самолеты для доставки потерпевшим от стихийного бедствия жителям островов продуктов, питьевой воды и медикаментов. Конечно, они лгали, как всегда лгут американцы, но Алиму было все равно: ведь прибытие корабля домой все равно откладывалось.

Наконец десять дней назад он получил последнее донесение о том, что «Рейган» снялся с якоря со своей стоянки на Филиппинах. Два матроса, проводившие ту ночь на берегу острова Себу в объятиях своих подружек, пообещали девушкам позвонить из Сан-Диего, как только корабль войдет в порт, и сообщили дату, когда авианосец должен вернуться домой.