Укрощение строптивых

Не время сейчас заниматься делами. Ему нужно срочно связаться с Ларисой. Ведь до часа "Ч", как он слышал, осталось совсем немного… Нужно торопиться!

В регистратуре новой, только что отстроенной клиники «Медицина — 21 век», где лечились лишь очень обеспеченные люди, дорожившие собственным здоровьем, было, как всегда, безлюдно и красиво. Пустоту гулких коридоров разнообразили только мамочки с детишками да две-три престарелых дамы, которых заботливые сыновья прикрепили к поликлинике, чтобы им было где почесать языки.

Работы в регистратуре не хватало и для двоих медсестер, а тут еще из дирекции прислали третью.

Это была невысокая девушка в белоснежном халате и накрахмаленной шапочке, с толстой косой вдоль спины.

— И зачем тебя сюда прислали? — удивилась Марья Антоновна, старшая из двух регистраторш.

— Учиться, — робко пискнула кнопка с косой, в которой с трудом можно было узнать бойкую сотрудницу программы «Новый взгляд».

— Только что после медучилища? — уверенная в ответе, спросила Марья Антоновна. — Ну, учись, учись… — И негромко шепнула подруге:

— Небось по знакомству сюда запихнули. Смотри, погонят нас с тобой с теплого места…

Но тревожные ожидания регистраторш не сбылись. Кнопка с косой проработала в клинике всего один день и к вечеру бесследно исчезла вместе с белым халатом и крахмальной шапочкой. Вместе с ней исчезла и медицинская карточка Стрельцовой Ольги Витальевны. Тот, кто распорядился ее изъять таким специфическим способом, рассчитывал, что она больше ей никогда не пригодится.

Никогда!

— Ничего не понимаю! — раздраженно произнесла Лариса, нервно расхаживая по комнате. — Какой груз, какие контейнеры? Ерунда какая-то!

Михаил в ответ пожал плечами, уныло глядя перед собой.

— Не нравится мне все это! — Лариса раздраженно щелкнула зажигалкой, раскуривая сигарету.

Пальцы Гурьянова, как всегда в минуты раздумья, потянулись к высокому, с глубокими залысинами лбу и принялись ерошить волосы. Он знал, что Лариса терпеть не могла этой его привычки во время размышления теребить остатки своей шевелюры, но ничего не мог с собой поделать.

— Прекрати! — взвилась Лариса и взбешенно раскрошила сигарету.

Гурьянов испуганно отдернул руку и обиженно нахохлился. Лариса тут же бросилась к нему с извинениями.

— Прости, прости меня, — нежно проговорила она, прижимаясь к нему щекой. — Я сегодня сама не своя. Чувствую, все уплывает от меня…

— Может, ничего страшного? — с надеждой проговорил Гурьянов. — Может, просто контрабанда?

— Не знаю! — Лариса вновь схватилась за зажигалку. — А если контрабанда, то чего именно?

— Наркотики? — неуверенно предположил Михаил. — В пяти контейнерах поместится несколько тонн этого добра. Прибыль будет исчисляться миллионами.

— На кой черт ему наркотики посреди моря?

— Перевалочная база?

— Версия принята, — кивнула Лариса, но сразу же возразила:

— А тогда зачем для перевалочной базы возводить роскошный дом с садом?

— Для отвода глаз.

Они еще немного помолчали, прокручивая в голове десятки идей одновременно.

— Может быть, вывоз долларов? — с надеждой промолвила Лариса.

— На кой черт долларам вентиляционные отверстия?

— Чтобы не заплесневели!

Они вновь обескураженно замолчали.

— Нам не хватает информации, — наконец признал Михаил, — и ее неоткуда взять. Это дело курирует служба безопасности. А они не оставляют ни следов, ни документов… Кузовлев работает чисто.

Лариса вновь нервно закурила.

— А что насчет той девицы из бара?

— Ложный след, — отрезал Михаил.

— И кто же теперь у него?

— Некая Наташа.

— Кто она? — В голосе Ларисы звучало презрение, слишком похожее на обиду.

— Обыкновенная учительница средней школы. По виду типичная девочка-ромашка. Живет с бабушкой, не замужем, но есть официальный жених, владелец контейнера на оптовом рынке.

— Владелец контейнера? — оживилась Лариса. — Вот оно! Горячо!

Она по-наполеоновски скрестила руки на груди. Ее вид демонстрировал, что ей не терпится вступить в борьбу.

— Слушай, узнай ее адрес, место работы и что-нибудь такое, личное… Чем увлекается — все, что найдешь.

— Зачем тебе?

В ответ Лариса тонко улыбнулась:

— В постели, мой дорогой, выбалтываются самые сокровенные тайны. Я подружусь с ней, и она с удовольствием выложит маленькие секреты моего большого мужа.

— Гениально! — одобрил Михаил. Он подошел и обнял ее. — У тебя светлая голова, дорогая.

— Нужно торопиться.

— Да, час "Ч" вот-вот наступит…

— Ольга Витальевна! К вам из журнала «Наука и насосы», — нежно проблеяла кудрявая секретарша, чей вид выражал крайнюю степень влюбленности в свою начальницу. — Просят об интервью.

Ольга Витальевна прессу уважала и даже в глубине души любила.

Пресса — это многократно испытанный надежный инструмент, никогда не дававший сбоев. Но сегодня, пролистав ежедневник и морща лоб от разбегавшихся мыслей, Ольга Витальевна произнесла недоуменно:

— Но мы, кажется, не договаривались об интервью!

— Хорошо, я спрошу, — проблеяла секретарша и отозвалась через минуту тем же счастливым голоском:

— Говорят, они сами решили напечатать статью о вас.

— Сейчас освобожусь! — решила директор. Нельзя было упускать возможность бесплатно напечатать рекламу. И, пока корреспондентка шла по коридору к кабинету, Ольга Витальевна в уме набросала короткую речь. Главное сейчас — продвижение на рынке их новой разработки, «ССН-2».

Корреспондентка, по виду — типичная кнопка с косой, вытащила диктофон и блокнот с заготовленными вопросами и, нацепив на нос очки, которые делали ее похожей на кролика, поведала:

— Это будет статья о руководителях нового типа. Мы проводим сравнительное психологическое исследование.

На лице Ольги Витальевны отразилось разочарование. Если бы не боязнь рассориться с прессой, она бы, наверно, сказала «нет». Но лучше потерять несколько минут драгоценного времени, чем потом кусать локти.

— Как быстро вы принимаете решение? Вы часто раздражаетесь? Вы конфликтный человек? Как вы действуете в условиях стресса? Принимаете антидепрессанты?