Ривермонтский Большой приз (ЛП)
Ривермонтский Большой приз (ЛП) читать книгу онлайн
Флойд, сын профессора Гардена, часто приглашает своих светских знакомых в пентхаус своего отца на крыше нью-йоркского небоскреба, чтобы вместе послушать результаты скачек. Однажды детектив Фило Ванс получает анонимный телефонный звонок, заставляющий его напроситься в гости к Флойду на одно из таких собраний. И, конечно же, происходит убийство...
Перевод напечатан в газете "Возрождение", Париж, 1936, 29 августа — 21 ноября.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Пораженный Гарден поднял взгляд.
— Устранить? Не понимаю. Мы все были внизу здесь этим днем кроме Круна, — он отсутствовал, когда прозвучал выстрел.
— Именно, именно, — согласился Вэнс, откидываясь назад на стуле. — В этом и состоит загадочная и огорчительная часть этого дела. Никто не мог этого сделать, и все же кто-то сделал. Но не будем зацикливаться на этом пункте. Есть еще один или два вопроса, которые я хочу вам задать.
— Тогда вперед. — Гарден казался абсолютно озадаченным…
В этот момент в прихожей произошло небольшое волнение. Казалось, будто началась потасовка, и слышался пронзительный, протестующий голос, смешанный со спокойными, но уверенными тонами медсестры. Вэнс немедленно подошел к двери и распахнул ее. Там, около двери чулана на небольшом расстоянии от лестницы были мисс Уезерби и мисс Битон. Медсестра крепко держала вторую женщину и спокойно спорила с ней. При виде Вэнса мисс Уезерби повернулась к нему и высокомерно вопросила:
— Что это значит? Должна ли я подвергаться ударам от какой-то холопки, если хочу пройти наверх?
— У мисс Битон приказ, чтобы никто не проходил наверх, — строго сказал Вэнс. — И я не считаю, что она — холопка.
— Но почему я не могу пройти наверх? — спросила женщина с драматическими артикуляциями. — Я хочу видеть бедного Вуди. Смерть так красива, а я очень любила Вуди. По чьему приказу, — молю, скажите, — мне запрещено это последнее общение с покойным?
— Согласно моим распоряжениям, — холодно сказал ей Вэнс. — Кроме того, эта конкретная смерть совсем не красива, уверяю вас. К сожалению, мы живем не в эпоху Матерлинка. Смерть Свифта, знаете ли, довольно гадкая. И полиция будет здесь в любую минуту. До тех пор никому не разрешается ничего трогать наверху.
Глаза мисс Уезерби вспыхнули.
— Тогда почему, — потребовала она с театральным негодованием, — эта женщина, — она с преувеличенным презрением поглядела на медсестру, — как раз спускалась вниз по лестнице, когда я входила в холл?
Вэнс даже не попытался скрыть веселую улыбку.
— Не имею ни малейшего представления. Я спрошу ее позже. Но она действует в соответствии с моими инструкциями и не позволяет никому идти наверх. Будьте так любезны, мисс Уезерби, — добавил он, почти резко, — вернуться в гостиную и оставаться там, пока не прибудут официальные лица?
Женщина ослепительно и надменно улыбнулась медсестре, а затем, слегка кивнув, зашагала к сводчатому проходу. Там она обернулась и с циничной ухмылкой, пролепетала неестественным тоном:
— Благословляю вас, дети мои. — После чего она исчезла в гостиной.
Медсестра, очевидно смущенная, повернулась, чтобы вернуться на пост, но Вэнс остановил ее.
— Вы были наверху, мисс Битон? — спросил он доброжелательным тоном.
Она стояла очень прямо, а лицо ее немного покраснело. Но при всем своем волнении она представляла собой символ уравновешенности. Она честно и открыто посмотрела Вэнсу прямо в глаза и медленно покачала головой.
— Я не покидала свой пост, мистер Вэнс, — сказала она спокойно. — Я понимаю свои обязанности.
Вэнс некоторое время пристально смотрел на нее, а затем слегка наклонил голову.
— Спасибо, мисс Битон, — сказал он.
Он вернулся в кабинет и, закрыв дверь, вновь обратился к Гардену.
— Теперь, когда мы временно избавились от театральной королевы, — он мрачно улыбнулся, — предположим, что мы продолжим нашу небольшую беседу.
Гарден мягко усмехнулся и вновь принялся набивать трубку.
— Странная девица, эта Мэдж, — всегда ведет себя как трагическая актриса, но не думаю, что она когда-либо действительно была на сцене. Подавленное стремление к театру и все такое. Мечты о себе как о второй Назимовой. Очень болезненно. За пределами всего этого она — довольно обычный типаж. Относится к потерям, как старый генерал, а она за последние несколько месяцев потеряла много…
— Вы слышали, как она сказала мне, что она особенно любила Свифта, — заметил Вэнс. — Только, что она под этим подразумевала?
Гарден пожал плечами.
— Вообще ничего, если хотите знать мое мнение. Она и не подозревала, что на земле есть Вуди. Но мертвый Вуди становится поводом для драматизма.
— Да, да вполне, — пробормотал Вэнс. — А это напоминает мне: что там за размолвка между Свифтом и мисс Грэм? Этим днем я заметил ваши небольшие потуги миротворца.
Гарден стал серьезным.
— Я не смог понять ситуацию. Знаю, что некоторое время назад они питали слабость друг к другу — то есть, Вуди увяз довольно глубоко, насколько речь шла о Зелии. Все время увивался вокруг нее и смиренно сносил все ее добродушное подтрунивание. Затем внезапно весь зародыш любовной интриги — или что там было — завял. Что-то типа «больше я с тобой не разговариваю». Как два ребенка. Казалось, каждый из них тащит на себе тяжеленное бревно на каждом плече, когда другой оказывался рядом. Очевидно, что-то у них произошло, но я никогда не получал прямого доказательства. Возможно, какие-то дополнительные переживания со стороны Вуди, — это скорее всего… Что касается Зелии, так или иначе, она никогда не относилась к этому серьезно. И мне кажется, что Вуди сегодня стремился добыть эти дополнительные двадцать тысяч именно по некоторым причинам, связанным с Зелией… — Гарден резко замолчал и хлопнул себя по бедру. — Черт возьми! Я не удивлюсь, если эта маленькая авантюристка дала Вуди от ворот поворот именно потому, что у него было туго с деньгами. Трудно судить о сегодняшних девушках. Они практичны как сам дьявол.
Вэнс глубокомысленно кивнул.
— Ваши наблюдения полностью соответствуют тому, что она недавно говорила. Она также хотела пойти наверх, чтобы увидеть Свифта. В оправдание заявила, что чувствует себя виноватой во всем этом деле.
Гарден усмехнулся.
— Ну вот вам, пожалуйста. — Затем он философски заметил: — Но женщин трудно понять. В одну минуту Зелия производит впечатление поверхностной; а в следующую — сделает такой комментарий, который заставляет вас признать ее восьмидесятилетним мудрецом. Необычная девушка. Неограниченные возможности.
— Интересно. — некоторое время Вэнс курил молча. Затем он продолжал: — Есть еще один вопрос в связи со Свифтом, который вы могли бы мне разъяснить. Можете предложить хоть какую-то причину, почему, когда днем я сделал ставку на Голубую Звезду для мисс Битон, Свифт посмотрел на меня так, словно готов был убить?
— Я тоже это заметил, — кивнул Гарден. — Не думаю, что это означает что-то особенное. Вуди всегда испытывал слабость к женщинам. Требовалась сущая мелочь, чтобы он считал, что влюбился. Возможно, он страстно увлекся медсестрой — он же видел ее здесь несколько месяцев. И теперь, когда вы напомнили, он несколько раз брызгал ядом в мою сторону, потому что она была более или менее дружелюбна со мной, а в его сторону и не смотрела. Но замечу: если у Вуди действительно были планы на мисс Битон, то его вкус улучшился. Она — совсем другая девушка…
Вэнс медленно кивнул и пристально стал что-то разглядывать за окном.
— Да, — пробормотал он. — Совсем другая. — Затем, словно отрешаясь от каких-то посторонних мыслей, он затушил сигарету и наклонился вперед. — Однако в данный момент мы прекратим гадания… Давайте поговорим о чулане наверху.
Гарден поглядел на него с явным удивлением.
— Об этом чулане и сказать-то нечего. Ни таинственный, ни большой. Да это и не чулан вообще. Несколько лет назад патер обнаружил, что скопилось много личных бумаг и экспериментальных данных, в которые он не хотел, чтобы заглядывали случайные гости. Вот ему и построили это несгораемое помещение с полками, чтобы он мог хранить там свои научные сокровища. Этот чулан, как вы его называете, был построен скорее, как личный склад, нежели сейф. Просто очень небольшая комната с полками вдоль стен.
— Все в доме имеют туда доступ? — спросил Вэнс.
— Любой, кто захочет, — ответил Гарден. — Но кто, ради всего святого, может захотеть войти туда?
— На самом деле, не представляю, — ответил Вэнс, — однако, когда я сейчас спускался, я обнаружил, что дверь в чулан приоткрыта.