Императрица снежной страны (ЛП)

Он оказался в тесной прихожей, где отряхнул снег со своей одежды и снял обувь. Варвар проводил его под другой соломенный занавес в комнату, наполненную дымом и мерцающим оранжевым светом от огня, который горел в квадратной яме в центре. Возле ямы, на плетенной циновке из тростника, сидел эдзо, положив руки на колени. Его длинные волосы, усы, и борода были белыми от старости, но его взгляд был сильным, а поза прямой. Его лицо и руки были так обветрены и покрыты глубокими морщинами, что он, казалось, был сделан из корявого дерева. Серебряные кольца со свисающим черным бисером пронзили уши. Он был одет в синий халат с таким же узором, как на одежде других варваров. Ранее Хирата предполагал, что человек, который говорил с ними на берегу, был их лидером, но теперь он понял, кто здесь был главным.

Его глаза глядели на Хирату из-под толстых, седых бровей, в них отражались огонь костра и уверенный интеллект. Поскольку их взгляды встретились, мысль мелькнула в уме Хираты:

— Встреча этого человека имеет решающее значение для моей судьбы.

Эдзо склонил тело в позу, которая говорила о знании японских манер. Он заговорил глубоким, звучным голосом и развел руки в универсальном жесте приветствия.

Хирата, потрясенный постигшим его откровением, помедлил. Затем он вернулся к двери, у которой снаружи ждали Сано и другие его товарищи. — Все в порядке.

Все столпились в хижине и опустились на колени у костра. Воздух наполнился паром от таявшего на их одежде снега. Хирата сидел с одной стороны от хозяина, Сано — с другой. Хотя Хирата был поражен обликом старого варвара, он не утратил своей самурайской привычки все держать в поле зрения. После того, как он уделил достаточно внимания изучению эдзо, Хирата осмотрел хижину.

Рыболовные сети, охотничье оружие, посуда, постельные принадлежности и бытовая утварь были сложены на земле в кучи у стен. Соломенные шторы прикрывали окна. Горшки и инструменты стояли на полках, подвешенных под потолком над огнем. Дополнительный свет и пахнущий рыбой дым исходили от горящего фитиля в раковине, заполненной маслом. В углу стояла палка, очищенная от коры, с которой сверху вниз свисала копна вьющихся прядей. Хирата почувствовал ауру мерцающих невидимых волн вокруг него. Он интуитивно чувствовал, что это была святыня, хранилище божественного духа.

— Представь нас, — сказал Сано Крысе.

Крыса поклонился хозяину, произнес вежливое приветствие на языке эдзо и продолжил речь, в которой признал Хирата только имена его товарищей. Старший варвар кивнул, кратко ответил и поклонился собравшимся.

— Он говорит, что его зовут Аветок, он вождь племени, — объяснил Крыса.

Другие варвары стояли у двери. — Почтенный Аветок, почему ваши люди пытаются преследовать нас? — спросил Сано.

Крыса перевел. Вождь ответил:

— Чтобы спасти вас.

— От чего? — Сано. — Или кого?

— Тех, кто контролирует Эдзо.

— И они?

Хирата почувствовал, что Сано интересовало, кого вождь считал нужным опасаться — японского клана Мацумаэ или захватчиков из Китая, которые могли оккупировать Эдзо.

Внимание блеснуло в глазах Аветока, когда Крыса переводил. Он говорил, придвинув к себе две вещи. Одной из них была металлическая трубка для курения табака, какую можно найти где угодно, в Эдо. Другой была медвежья сумка. Аветок открыл ее и достал ремень, обломок железа, трут, и сушеные листья табака. Привычка курить была, по-видимому, такой же популярной среди эдзо, как и среди японцев.

— Он предлагает нам дым, — объяснил Крыса, добавив — Это ритуал гостеприимства.

— Он тянет время, — Сано прокомментировал Хирате, — но нам лучше принять его условия.

Трубка была заполнена, зажжена и пошла по кругу. Каждый затянулся, независимо от того, курит он или нет. Рейко подавила кашель. Атмосфера в хижине становилась все гуще, а дым более едким. Сано спросил:

— Кто обладает здесь властью и почему они для нас представляют угрозу?

— Потому что всем посторонним запрещено находиться на Эдзо.

— Я спрошу его, от кого это исходит, — Крыса проявил инициативу.

После того как он спросил, вождь ответил:

— Нам запрещено обсуждать этот вопрос.

— Кем? — Растущее недовольство Сано изменило его голос.

— Я уже сказал вам больше, чем следовало бы.

Сано сказал:

— Я второй человек в правительстве сегуна. У меня есть право знать, что здесь происходит. Я приказываю вам объяснить.

— Это должно поколебать его упрямство, — сказал Крыса. Но когда он перевел по порядку, ответ вождя был так тверд и уверен, что Хирата понял его смысл, несмотря на языковой барьер. — Он говорит, что ему жаль сообщить вам, что ваше звание ничего не значит здесь, где ваши правила не применяются.

Тщательно изучив вождя, Сано сказал Хирате:

— Я думаю, что он боится говорить.

Хирата кивнул, хотя он редко видел, чтобы кто-нибудь выглядел более бесстрашным. Лицо Аветока был бесстрастным, но Хирата безошибочно чувствовал волны его испуга. Он поймал взгляд Аветока. В нем не было дружелюбия, а скорее равнодушие. Озарение пришло к Хирате, он понял, почему он встретил вождя эдзо.

Когда человек готов учиться, учитель появится. Такова важная предпосылка изучения боевых искусств. Хотя Хирата теперь знал, кто мог помочь ему в его поисках просветления, он еще не знал, как.

— Что произойдет, если вы скажите мне, что происходит? — Сано, не обращая внимания на напряжение в разговоре, сосредоточился на своих насущных проблемах.

— То же самое, что случится с вами и вашими товарищами, если вы не оставите остров, прежде чем вас обнаружат. Мои люди будут преданы смерти.

— Как они смогут выяснить, что вы говорили?

— У них есть свои способы.

Хирата представил себе, что даже в этой пустыне власть имущие имели шпионов и осведомителей.

— Ну, это решает все, — сказал Сано своим людям. — Вряд ли можно заставить этих людей говорить ценой своей жизни.

— Что мы будем делать? — спросила Рейко, ее лицо было напряженным из опасения, что их миссия обречена.

— В любом случае, мы застряли здесь. Наш первый шаг, чтобы выжить, — Сано обратился к вождю, — мы смиренно просим Вас предоставить нам кров и пищу.

Когда Крыса передал эту просьбу, споры вспыхнули среди эдзо. Младшие трое обратились к вождю, настойчиво просили его отказаться.

— Говорят, что мы ставим их под угрозу, — сказал Крыса, ломая руки. — О, если бы мы никогда сюда не приплывали!

Вождь Аветок поднял руку, заставив умолкнув своих людей. Он обратился к Сано.

— Он говорит, что ни за что не может бросить в беде беспомощных людей в такую погоду независимо от того, насколько это опасно для его народа, — сказал Крыса. — Он будет кормить нас и освободит место для нас в хижинах. Три молодых человека приняли это заявление со злым видом, сердито глядя на кампанию Сано. Крыса мрачно сказал:

— У меня плохое предчувствие.

Но другие в группе с облегчением обменялись взглядами. Сано произнес:

— Миллион благодарностей за вашу доброту, вождь Аветок. И Хирата был горячо рад, что у них была опора на этой чужой земле, независимо от того, насколько она была хрупкой.

Глава 4

Свет и свежее дуновение ветра на лице пробудили Рейко. Потягиваясь под тяжелым покрывалом, она открыла глаза, первой мыслью в ее голове была все та же, что и каждое утро в течение уже более двух месяцев: Масахиро нет. Тут же горе заполнило ее сердце. Но, когда облако сна рассеялось, ее второй мыслью было: где я?

В тусклом, теплом пространстве, которое пропахло дымом, горели угли в яме рядом с толстым, шероховатым ковриком, на котором она лежала. Другие человеческие фигуры спали под меховыми одеялами. Потом она вспомнила кораблекрушение у острова Эдзо. Значить они в хижине, в которой варвары приютили Сано и его спутников. Ее следующая мысль была порождена надеждой.

— Сегодня мы найдем Масахиро!

Рейко потянулась к Сано, но он уже встал с их кровати. Она почувствовала солнечный свет и сквозняк, когда он пошел к двери. Теперь она ощутила необходимость справить малую нужду. Она выбралась из одеял. Одеваться не пришлось, так как они все спали в одежде. Осторожно, чтобы не разбудить мужчин, она нашла свою обувь, стоящую у выхода, подняла коврик, закрывавший вход и шагнула в новый неизвестный мир.