Снадобье для вдовы
Снадобье для вдовы читать книгу онлайн
Испания, 1354 год. Неподалеку от Жироны от рук неизвестного убийцы смертельно ранен некий человек, по имени Паскуаль. Что такого совершил этот тихий и неприметный клерк? Исаак, слепой лекарь из Жироны, решает, во что бы то ни стало, раскрыть это дело. Начав расследование, Исаак выясняет, что у покойного клерка была весьма веская причина вести неприметную жизнь и опасаться нападения из-за угла. Теперь Исааку понадобится весь его ум, и даже помощь епископа Жироны, Беренгера, чтобы найти убийцу Паскуаля.
Роман "Снадобье для вдовы" продолжает цикл увлекательных исторических детективов канадского автора Кэролайн Роу (псевдоним историка и писательницы Медоры Сейл) о расследованиях слепого лекаря Исаака из Жироны.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
— Успокойтесь, сеньора, — мягко произнес лекарь. — Он тоже человек, творение Господа. И возможно, он сообщит нам нечто полезное.
Лежащий на кровати человек как будто весь сжался и теперь состоял из одного осунувшегося лица с запавшими глазами, словно уже начал покидать материальный мир. Он открыл глаза и моргнул.
— Ты говоришь так, как будто меня тут нет, — прошептал он. — Я слышал каждое твое слово. Ты еще пожалеешь, моя милая кузина, что вышла замуж за того недостойного человека, когда могла выйти за меня. Когда мой верный Энрике выполнит свое последнее задание. — Он зашелся в кашле. В уголке рта появилась струйка крови и глаза остекленели.
Исаак отнял руку от его груди.
— Иногда, сеньора, очень полезно знать, чего следует опасаться, — сказал он.
Глава 21
Три дня спустя Улибе де Сентель сидел в большом кресле, обложенный подушками, и наслаждался ласковым утренним солнцем. Рядом за рукоделием сидела Ракель, погруженная в свои мысли. И мысли были не о крупном мужчине с приятными, но словно высеченными из камня, чертами лица, а о высоком красивом молодом человеке с немного застенчивым привлекательным лицом, который, как ей мечталось, уже вернулся из Константинополя.
Серена сидела за работой в своей любимой гостиной, часть ее внимания была обращена на Гильема, который строил какую-то сложную конструкцию из деревянных кубиков, а часть, как всегда, на дорогу.
Она услышала их раньше, чем увидела. Кто-то пел глубоким низким голосом, песня раздавалась как раз со стороны большой дороги. Затем порыв ветра взметнул шлейф пыли в направлении ее дома. Она видела, как пыль поднялась в воздух и бесследно рассеялась. За деревьями, высаженными по обе стороны узкой дорожки, ведущей в поместье, мелькнула крупная широкогрудая лошадь. Она подошла к окну и осторожно выглянула, по давней привычке укрывшись от тех, кто мог увидеть ее снизу. Четверо вооруженных копьями всадников на боевых конях приближались к ее воротам. За ними следовали четыре женщины, два конюха, вьючные мулы и еще четыре копейщика и один офицер.
Она подхватила Гильема и сбежала вниз по лестнице, на ходу призывая Дальмо.
— Открой двери, — сказала она. — Парадные двери.
Пока тот возился с замками и засовами, она стояла в сторонке с Гильемом и терпеливо ждала.
Четыре копьеносца разделились, образовав проход, достаточный для того, чтобы первые две дамы подъехали к ступеням. Конюхи подскочили к ним и помогли спешиться. Меньшая из двух дам, мягко спрыгнув на землю, бросилась вперед.
— Мама! — закричала она и обхватила Серену, тут же заключившую ее в объятия.
— Кто она такая? — спросил маленький мальчик, выглянувший из-за спины своей матери, немного испуганный таким количеством незнакомых людей.
— Твоя сестра, — ответила Серена. — Клара. Клара вернулась домой.
— С небес? — скептически спросил мальчик.
— Нет, Гильем, — улыбнулась Клара. — Из Сардинии. Это за морем, но не так уж далеко от небес. — Она обернулась к молодой даме, стоявшей позади нее. — Донья Томаза, позволь представить тебе мою мать. Мама, донья Томаза была очень добра ко мне, когда я была на Сардинии.
— Донья Томаза, — сказала Серена. — Большая честь для меня. И, если не ошибаюсь, во внутреннем дворе кое-кто с нетерпением ждет вас. Вас обеих.
Она провела их через выложенный каменными плитами холл к тяжелым деревянным дверям. Они вели к большому внутреннему двору, который был огорожен основным зданием, его крылом и двумя высокими каменным стенами. Наружу вели тяжелые деревянные ворота, сейчас закрытые на засов. В этом надежном убежище в тени небольшого деревца, спиной к зданию стояло кресло.
— Милорд, — сказала Серена. — Я привела к вам друзей. Не буду мешать вашей встрече.
Человек в кресле медленно и неловко приподнялся, оборачиваясь к подошедшим.
— Улибе! — воскликнула Томаза, нежно обхватив его руками. — Что случилось?
Клара застыла, как будто в ее голову пришла неожиданная мысль, а потом внимательно посмотрела на обоих. Оба были высокими, с медового цвета волосами, сероглазыми.
— Милорд, — Клара присела в реверансе. — А вы чем-то похожи, — добавила она. — Раньше я этого сходства не замечала.
— Раз так, то мне жаль Томазу, — улыбнулся Улибе. — Она не сказала вам, что мы брат и сестра?
— Улибе, — буркнула Томаза. — Ты же сам просил меня не говорить.
— К счастью, — сказал Улибе, — ее отец, Сан-Климан, второй муж нашей матери, обладает более приятной внешностью по сравнению с моим отцом, поэтому сходство не слишком сильное, — добавил он. — А случилось вот что. Один разбойник, вооруженный ножом и посохом, застал меня врасплох. Наверное, хотел проломить мне голову и перерезать горло.
— Но у него ничего не вышло, — с улыбкой заметила Томаза. Я рада. Мне бы не хотелось потерять тебя. Без брата плохо. По крайней мере, мне.
— Он напал неожиданно, — обиженным тоном заметил Улибе. — Свалился с дерева, как гигантский орех. Поэтому я ранен. Но я тоже пару раз его задел. И прикончил бы, если б не его посох.
— Какое счастье быть там, где люди сражаются! — сделав серьезное лицо, заявила Томаза. — Я устала от мирной жизни в военном лагере. А ее величество поговаривает о том, чтобы провести зиму на Сардинии. Или на Сицилии. Как я найду себе мужа, если буду постоянно переезжать туда-сюда? Вот я и упросила, чтоб меня отпустили сопровождать Клару, но теперь я поняла, что моя главная задача — это забрать тебя домой к маме. Надеюсь, она будет рада видеть своих блудных детей — сразу обоих. Улибе, ты узнаешь Клару теперь, когда она не одета в мальчишеское платье? Или как монах? — спросила Томаза. — Если узнаешь, ты должен поговорить с ней. Причем любезно.
— Я смотрю, пребывание при дворе никак не повлияло на твою способность тараторить, Томаза, — Улибе покачнулся и побледнел.
— Наверное, лорду Улибе лучше присесть, — сказала Клара. — Мне хочется поговорить с мамой, поэтому с вашего разрешения оставляю вас вдвоем.
— Где моя мать? — спросила она у первого попавшегося ей слуги, которым оказался Дальмо.
— В гостиной, — ответил он. — Вверх по этой лестнице.
Клара взлетела по ступенькам, как будто и не проводила целый день в седле, и вбежала в комнату.
— Мама, — сказала она и, опустившись, уткнулась лицом в колени матери. — Я думала, что ты умерла. Почему ты не пришла за мной? — сказала она, подняв наконец голову. Лицо ее было залито слезами. — Я все надеялась, а ты не приходила, поэтому я решила, что ты умерла.
— Я не знала, где ты, моя дорогая, — сказала Серена, ласково поглаживая ее по голове. — Я искала и искала, но никто даже не слышал о тебе.
— А я никому не говорила, кто я такая, — сказала Клара.
— Почему? — удивилась ее мать.
— Ты мне так велела, ответила Клара, удивившись в свою очередь. — Не упоминать ни папиного имени, ни твоего, для безопасности. Вот я и не говорила никому.
— Я ничего не помню, — сказала ее мать. — В тот ужасный день… — Она замолчала, глаза ее наполнились слезами. — Если б я тебе так не сказала. — после некоторой паузы продолжала она. — Я смогла бы тебя найти. Я искала по всему городу. А потом мне показали узелок, который был найден в руках у девочки, задавленной насмерть в толпе. Это был твой узелок.
— Она украла его у меня, — объяснила Клара. — Выхватила его у меня из рук. Я пыталась отобрать его, но толпа была слишком плотной.
— Я похоронила ее, Клара, думая, что это ты. Бедное дитя. — Она крепко обняла дочь. — Где же ты была? Что ты делала все это время?
— Ну, — начала Клара, — не знаю, стоит ли рассказывать все подробности, — некоторое время я жила в монастыре, помогая сестрам присматривать за маленькими детьми. Мама, они были ко мне очень добры. А потом я работала.
— Работала? Что ты имеешь в виду? — спросила ее мать.
— Посудомойкой, мама. Не поверишь, какая кошмарная из меня получилась посудомойка. А потом я… сбежала, потому что повариха сказала мне, что мне оставаться там опасно. Она считала, что хозяйка собирается отослать меня куда-то далеко.