Укротительница попугаев

Вопрос застал шеф-повара врасплох, он растерянно задумался, и у Лолы отлегло от сердца – стало быть, размораживали давно и конверт спокойно ее ждет. Не дожидаясь ответа, она устремилась к холодильнику. Омары глядели на нее выпученными глазами, так что Лола даже поежилась. Конверта не было видно, но это и хорошо, иначе шеф-повар непременно бы его заметил.

Шеф-повар внезапно по-своему понял Лолин интерес к холодильнику и предложил:

– Может быть, вам с собой лобстера завернуть? Хорошие лобстеры, недавно поступили!

– Это что – попытка подкупа должностного лица? – возмущенно проговорила Лола и тут же добавила:

– У меня на этих ваших лобстеров аллергия!

– Иван Палыч! – очень кстати заорал кто-то из дальнего конца кухни. – Профитроли сгорели!

Шеф охнул и побежал на крик, забыв про Лолу. Она прикрылась дверцей холодильника и подвинула ближайшего лобстера. Было холодно и противно, Лола рассердилась на Светку за то, что она засунула конверт так далеко. А может, тут вовсе и нет ничего и Лола только зря портит руки? От этой мысли Лола расстроилась и оцарапала руку об острую клешню. Еще инфекция попадет! Лола расстроилась еще больше.

Конверт она обнаружила у дальней стенки морозильной камеры, потянула осторожно и вытащила наружу. Опять-таки прикрывшись дверью, спрятала его под пиджак.

– Мышей я не обнаружила, – сурово сказала она появившемуся Ивану Павловичу, – но обнаружила тараканов! Вы будете иметь много неприятностей, это я вам обещаю!

Шеф только махнул рукой. Вместо директора прибежала наконец какая-то встрепанная девица и сунула Лоле конверт с деньгами. Конверт Лола взяла, судя по всему, аллергии на деньги у нее не было. Она заметно подобрела лицом, пообещала прислать назавтра акт проверки и решила, что с нее довольно.

Дома Леня изнывал, бегая из кухни в прихожую и обратно, Светка же смотрела в гостиной музыкальный канал по телевизору.

– Ох, до чего же мне надоела эта дурацкая грудь! – с чувством высказалась Лола, скрываясь в ванной комнате и сбрасывая пиджак на руки Лене. – Возьми там в кармане конверт.

Леня алчно схватил конверт, развернул его, но там оказалось пятьсот долларов сотенными бумажками, и ничего больше.

– Лолка, ты чего? – оторопел Леня. – Что за шутки? Из-за пятисот долларов человека убили? И Светку похитили?

– Ой, это не то! – Лола высунулась из ванной уже без накладного бюста. – Это я сегодня заработала! Выгодный бизнес, между прочим! Пять минут необременительного хамства – и деньги в кармане…

– Выйдешь на пенсию – будешь подрабатывать, – усмехнулся Леня.

– Я до пенсии не доживу, – вздохнула Лола, – ты меня раньше в гроб вгонишь…

– Ну-ка посмотрим, что же такое в этом конверте, за который несчастного Бурыгина лишили жизни?

Лола открыла конверт и вытряхнула на стол его содержимое. Сверху лежали фотографии. Такие, какие обычно бывают в личном деле осужденных преступников – в фас и в профиль, с мрачным и враждебным выражением лица. На первых двух снимках – мужчина, молодой, довольно привлекательный, если бы не тяжелый, неприятный взгляд близко посаженных глаз. На следующих двух фотографиях – женщина, точнее, совсем молоденькая девушка. Ее можно было бы назвать очень красивой, но опять-таки ее портило выражение мрачной озлобленности.

Эти двое были чем-то неуловимо похожи, и Леня, прочитав отпечатанный на приложенном к фотографиям листке текст, понял причину этого сходства.

– Скачкова Елена Артуровна, – прочел вслух Маркиз, – осуждена за мошенничество на два года лишения свободы… Скачков Андрей Артурович, осужден за мошенничество на три года… А, так это брат и сестра, понятно, почему они так похожи. А ведь эту сестричку я где-то видел…

– Скажи, Ленечка, – ехидно прервала компаньона Лола, – есть на свете хоть одно существо женского пола, которое не вызвало бы у тебя мужского интереса?

– Ну отчего же, – немедленно ответил Леня, – вот, например, покойная болгарская прорицательница Ванга…

– Но ей ведь, кажется, было лет девяносто?

– Именно!

Леня отложил фотографии и листок досье. Кроме них в конверте находилась еще одна бумага. Это была ксерокопия свидетельства о собственности, из которого Леня узнал, что некий рудник с поэтичным названием «Надежда», расположенный в ста километрах от поселка Голубая Долина, принадлежит гражданину Винтюгову Глебу Прохоровичу. Дальше сообщались паспортные данные Глеба Прохоровича Винтюгова и его адрес.

– Интересно… – проговорил Маркиз, отложив копию в другую сторону. Рудник «Надежда» тоже вызвал у него некоторые ассоциации, но говорить о них Лоле было бы пока преждевременно.

– Ну и что? – Лола удивленно разглядывала фотографии. – И это все? И из-за этого убили Бурыгина? Я-то думала, здесь будут фотографии знаменитого яйца или по крайней мере наводка – где оно спрятано, как туда проникнуть…

– Наверное, эти бумаги тоже очень важные, раз Бурыгин перед смертью так о них беспокоился, – ответил Маркиз, напряженно морща лоб, – и все-таки, где я видел это лицо?

Лола стащила с ноги розовый тапочек и как следует шлепнула им компаньона. Именно в эту минуту в комнату неспешно вплыла Света. Девочка была еще немного бледной, хотя, на взгляд Лолы, она просто искусно разыгрывала нездоровый и страдальческий вид, для того чтобы Леня подольше с ней носился. Однако при виде Лолы с тапком в руке Света издала такое презрительное фырчание, что Маркиз удивленно поднял на нее глаза.

Сама же Света заинтересованно разглядывала разложенные на столе фотографии.

– Ой, как она здесь плохо получилась! – разочарованно протянула девочка.

– Кто? – хором воскликнули Лола и Маркиз.

– Как кто? Да мачеха Антона!

– Кто? – изумленно переспросил Леня, как будто его заело и он может теперь повторять только это коротенькое слово.

– Ну как – кто! – раздраженно повторила Света. – Я же говорю – новая жена Крайневского, мачеха Антона… Только она здесь выглядит просто ужасно! В жизни она намного красивее!

– Ах вот как! – глаза Маркиза заблестели. – А я-то думаю – где я мог ее видеть! Она как-то промелькнула в светской хронике… Правда, только один раз – все говорят, что жена Крайневского очень не любит попадать в газеты и на экраны…

– Оно и понятно, – подхватила Лола, – при таком бурном прошлом… Она боялась, что ее может опознать кто-то из знакомых по зоне.

– Она сидела в тюрьме? – в полном восхищении воскликнула Света. – Круто! Вот Антон обрадуется!

– Теперь понятно, что из-за этого конверта убили человека, – протянула Лола, – мадам Крайневская очень боится, что ее прошлое станет достоянием гласности, а особенно – дойдет до мужа, вот и наняла каких-нибудь уголовников, чтобы убрали Бурыгина и вернули конверт. А Бурыгин небось думал, что при помощи этих фотографий сумеет подобраться к Крайневским и сфотографировать злополучное яйцо…

– И никого она не нанимала! – громко проговорила Света. – Ей родной брат помогает.

– Брат? – Леня снова удивленно воззрился на девочку. – Откуда ты знаешь про брата?

– Так это ведь он меня похитил. Да вот ведь его фотографии! И я видела, как они ссорились, потому что я сбежала и конверт пропал…

– Ну-ка рассказывай все по порядку! – Леня схватил девочку за руку. – Когда ты их видела? Что они говорили?

Света выдернула руку и зашипела, как рассерженная кошка:

– То «Светочка», а то – за руки хватаешь! Ничего не расскажу!

– Ну, Светочка, извини! – Маркиз смущенно потупился. – Я просто очень взволновался! Ну пожалуйста, расскажи подробно – что ты видела, что слышала… Поверь, это очень важно!

– Ты бы не выпендривалась, дорогая, – посоветовала Лола, – если бы не Леня, тебя бы уж на свете не было, так бы и задохнулась насмерть в той котельной вместе со своим пауком.

Светка поглядела на нее и собиралась было заплакать, но поняла по Лолиному лицу, что это ничего не даст, и передумала.

На самом деле ей было приятно внимание, которое она привлекла к своей особе, поэтому девочка устроилась поудобнее и подробно пересказала все, что ей довелось подслушать и подсмотреть во время своего вынужденного посещения особняка Крайневских.