Спасительный удар

– В таком случае я с Ашотом, – принял решение Грачев. – Хотелось бы немного отдохнуть от погонь.

– И подготовиться к новым, – пошутил Максимов.

– Ну тогда кончайте расслабляться, – встал с кресла Мачколян. – Все по коням.

Мачколян сидел в своем новеньком кабинете и нервно вертел в руках толстую сигару. Он ждал – ждал людей Савельева, которых сам же и вызвал для особо важного разговора. И уже более получаса пытался подобрать слова, выдумывал всякие нелепости, но так и не мог решить, что же именно следует сказать Савельеву или тем, кого он пришлет, чтобы заставить их поехать за липовыми деньгами. Он понимал, что доставка денег этим людям – это, в общем-то, его забота, а значит, гости наверняка будут им недовольны.

Ашот встал и прошелся по кабинету, пытаясь успокоиться. Его не утешало даже то, что в приемной сидит Грачев и, если что случится, наверняка поможет. Впрочем, Ашот надеялся, что до рукоприкладства все же не дойдет, а значит, эта самая помощь и не потребуется. А значит, ему необходимо так сыграть, чтобы бандиты безоговорочно поверили.

За дверью послышались шаги. Ашот замер и напрягся... Но нет, проследовали мимо. Мачколян выругался, нервничая уже только от того, что время тянется медленно, а гости все не едут. Ожидание выводило его из себя.

В конце концов Ашот махнул рукой на все и, плюхнувшись на мягкий диван, принялся прикуривать сигару. В это же самое время дверь в его кабинет бесшумно открылась, и в него ввалились несколько одинаково одетых ребят и уже знакомый парень с длинной челкой и хвостиком на затылке.

При виде этой процессии Ашот затрясся и выронил из рук зажигалку.

– Что, заждался уже? – ехидно радуясь, спросил Савельев-младший. – У тебя такое лицо, будто бы по нему катком проехали.

– З-здравствуйте, – глупо промямлил Ашот, поднимая зажигалку. – Действительно, немного для меня неожиданно, – попробовал улыбнуться он.

– Ну-с, что там у тебя? – быстро достигнув стола и усевшись на него, спросил паренек. – Уже нашел деньги? Или, может быть, товар?

– Я нашел деньги, – гордо вскинув голову, сказал Ашот. – Только есть одна проблема: я их не в состоянии забрать.

– То есть как это? – Брови Савельева-младшего удивленно поползли вверх. – Они что, такие тяжелые? – Он смерил Ашота пристальным взглядом и заливисто захохотал. – А, Мачколян?

Ашот, подобно школьнику-второкласснику, потупился и тихо спросил:

– Я могу объяснить?

– Ну давай рассказывай, – согласился парнишка. – Послушаем твои басни.

– Дело в том, что Пожаров, – медленно, растягивая слова, начал Ашот, – вовсе не умер, а очень даже жив.

– Да неужели? – усмехнулся Савельев, но все же слегка посерьезнел и напрягся. Было видно, что информация его заинтересовала, а значит, можно было продолжать.

– Он подстроил этот самый взрыв, планируя смыться со всеми деньгами, в том числе и теми, что получил за наркотики, – осторожно поглядывая на мужчин, стал рассказывать дальше Ашот. – Но его засекли и сообщили об этом мне.

– Ну и что с того? – равнодушно бросил парень, и интерес на его лице сменился безразличием. – Меня не волнует, жив он или отдал богу душу. Мне нужны деньги, и ты был обязан их достать. А уж между собой разбирайтесь сами – ваши проблемы.

– В том-то и дело, что я не могу, – замялся Мачколян.

– Чего не можешь-то? – сплюнув на пол, вяло спросил Савельев-младший.

– Я не в силах отобрать у него деньги, – решился наконец признаться Ашот и сразу же замолк, уставившись на парня. Тот тоже не отрываясь смотрел на него, явно ожидая продолжения, а когда его не последовало, протянул:

– Ну-у?

– У меня нет людей, – замотал головой Ашот. – А у него их много. Мне с ним не справиться.

– И что ты теперь предлагаешь? – полюбопытствовал будущий воротила бизнеса. – Мне самому влезать в ваши дела? Ха, наивный! Еще раз повторяю – проблемы негров шерифа не заботят.

– Но... но это же ваши деньги, – не сдержавшись, выдохнул Ашот. – Разве вы не хотите их получить все, плюс еще те, что Пожаров хапнул из общей казны?

Упоминание о дополнительном капитале, сделанное Мачколяном, заставило паренька задуматься. Он потрепал пушок на своем подбородке и, прищурившись, покосился на Ашота.

– Говоришь, денег там больше, чем ты нам должен?

– Ну да, значительно больше, – кивнул Ашот осторожно и с трудом сглотнул образовавшийся в горле ком. – А этот, гнида, засел в каком-то доме и охрану себе нанял.

– Сколько человек? – решительно поинтересовался паренек.

– Точно не знаю, когда я туда наведывался последний раз, было около десятка, – соврал Ашот. – В форму какую-то одеты, кажется, ФСБ, хотя к нему никакого отношения не имеют, я проверял. Так, бандиты какие-то.

Сказав слишком много, Мачколян ненадолго умолк, боясь испортить достигнутый результат, и принялся ждать дальнейшей реакции сына Савельева, имени которого он даже не знал. Паренек спрыгнул со стола, на котором сидел, прошелся до окна, остановился. Затем промычал что-то себе под нос и, не оборачиваясь, спросил:

– Деньги при нем?

– Да, должны быть, – снова закивал Ашот. – В любом случае он точно знает, где они вообще есть. Я счета на его имя проверял – пусты, как закрома в разгар голодухи. Ну так что, я вам больше ничего не должен? – заискивающе спросил он. – С этим-то козлом вы сами разберетесь.

– Разобраться-то мы, конечно, разберемся, – стал оборачиваться Савельев, – если потребуется. Но твой должок пока еще на тебе и остается. Сам понимаешь, нет наличности – нет и ничего остального. Пока я не получу деньги, ты про нас не забудешь, это уж я тебе обещаю. А пока... – парень почесал затылок. – Расскажи еще раз все, что тебе известно.

– Хорошо, – кивнул Ашот, откидываясь на спинку дивана, и медленно, но доходчиво стал обрисовывать всю историю с Пожаровым, исключая из нее лишь те детали, что могли навести мужчин на мысль о том, что он врет или же что-то скрывает. Мачколян честно поведал о том, кто выдал ему Пожарова, о том, как он пытался поймать его в ловушку и выманить из своего логова, как затем выследил его новое убежище и узнал, что оно тщательно охраняется. Головорезы внимательно слушали этот рассказ, а когда он закончил, один из них обратился к боссу с замечанием:

– Не верю, что с таким баблом этот козел все еще здесь, – процедил он, словно через сито. – Ему за границей давно надо быть.

– А ведь верно, – согласился Савельев. – С чего бы это ему оставаться?

– Из-за сына, – уверенно произнес Ашот и только сейчас понял, что сделал глупость. Парнишка не так глуп, как может показаться, а значит, если и не сам догадается, то кто-то еще наверняка подскажет ему, что этой слабостью бывшего директора можно воспользоваться. А ведь он обещал Пожарову, что с его семьей ничего не случится. Нужно было как-то поправлять ситуацию, и Мачколян заторопился сказать: – Точнее, он хотел сначала сделать всем своим липовые документы, – затараторил он спешно, – дождаться, когда уголовное дело закроют, и только потом выезжать.

– Где он сейчас прячется? – резко спросил Савельев.

– В одном заброшенном доме на окраине города. Раньше там бомж один жил, но он его...

– Ну как, ребятки, есть желание поразмять косточки? – не дослушав Ашота, обратился к своим головорезам папенькин сынок.

На лицах мужчин почти сразу же появились мрачные полуухмылки, ясно говорящие о том, что они давно мечтают сломать пару-тройку тонких шеек, да жаль, все как-то некому. Всеобщее согласие порадовало Савельева, и он, направившись к двери, через плечо бросил:

– А ну давай-ка с нами, дружок. На месте все и покажешь. А если соврал, – он усмехнулся, – не придется возвращаться, там и размажем.

По спине Мачколяна пробежал предательский холодок, но он все же встал с кресла и направился к двери, тем более что не сделай он этого сам – его бы просто прихватили с собой насильно. Нет, он, конечно, мог попытаться отмазаться от этой поездки, сказать, что у него куча нерешенных дел, но это насторожило бы бандитов.